Шульгину он остаться не сказал, хотя тот и заместитель начальника уголовного розыска. Остались только мы вдвоём — Кобра, начальник УГРО, и я, старший опер.

Все вышли, дверь закрылась. За последним из вышедших щёлкнуло, и в кабинете воцарилась тишина.

Семён Алексеевич крутанулся в кресле и повернулся к нам уже с совсем другим взглядом — одновременно мрачным и выжидающим. Мы тоже на него смотрели. Мордюков, барабаня пальцами по столу, наконец, сказал:

— Чучалина нашли, задержали. В Камнегорске. Регион не наш, но надо съездить, привезти гада.

— Какого Чучалина? — уточнил я.

— Это подозреваемый по серии разбойных нападений на ломбарды, — пояснила Кобра. — Пока ты был в отпуске, Максим, он тут нам наломал дров.

— Он самый, — кивнул Морда.

— Как он в Камнегорске оказался? — спросила Оксана. — Не ближний свет.

Семён Алексеевич пожал плечами:

— Да кто его знает. Нахапал, видать, и смотался в другой регион, думал там зарыться. Но по ориентировке он был в федеральном розыске, местные его и словили. Задержан на сорок восемь часов, нужно на арест выходить и тащить его сюда. Столько темнух с отдела снимем! Там же и особо тяжкие эпизоды есть. Вооружённый разбой, на одном из нападений охранник ранен. Оксана, снаряди лучшего своего человека в командировку. Пускай этапирует нам Чучалина сюда.

— Кого? — вскинула бровь Оксана.

Шеф посмотрел на меня многозначительно:

— Лучше Ярового никто не справится, — и добавил, — но одного не отпускай, дай ему помощника, какого-нибудь оперка посмышленее. Дорога дальняя, надо вдвоём все провернуть, чтобы казусов не было. Машину служебную дадим, путёвку выпишем, карточку бензиновую вручим. Пускай на служебном транспорте выдвигаются.

— Два-три дня пути, — озадаченно проговорила Кобра.

— Надёжнее, чем на поезде, — сказал Семён Алексеевич.

— Хорошо, — проговорила Оксана. — Только я бы отправила с ним Шульгина.

— Почему Шульгина? — озадачился теперь уже Семён. — Он у тебя зам, а не на побегушках. Неужели нет других кандидатур?

— В том-то и дело, — ответила она твёрдо. — Если дело серьёзное и преступник матерый, у меня на самом деле подходят только Шульгин и Яровой. Остальные — сиди, я сам открою.

Начальник фыркнул.

— Так воспитывать надо, Оксана Геннадьевна, личный состав, — назидательно проговорил шеф. — Растить, так сказать, кадры. Етишкин самовар!.. Пусть опыт перенимают! А то что, перенимать, что ли, не у кого? — он вопросительно уставился на начальницу уголовного розыска.

Как будто она прямо сейчас должна сказать «есть!» и наколдовать из воздуха целый выводок отличных оперов, с пылу, с жару.