Девушка не ожидала многого — но на удивление быстро стало очень приятно. Она расслабленно откинулась на стуле.

— Прости, Мари, не бери в голову. Я просто что-то загрузилась, вот и шучу по-дурацки…

— Да не. — ласково ответила подруга. — Это я реагирую… Вот так. Потому что, знаешь… Андрей и правда ведь видный парень. Ты не слышала, он вчера перед сном связывался с сестрой?.. Так его баронство цветёт и пахнет там, уже даже какие-то местные журналисты приезжали, накатали статью «Образцовая забота о безопасности волжан». Скоро его Род станет знаменитым.

— Уж в этом я не сомневаюсь. — почем-уто поёжилась Оля, но Мария не обратила на это внимания, продолжая говорить:

— Да и сам он… Он ведь спас меня, и не раз. Хотя без потерь мог бы этого не делать. Не рисковать собой. А мог бы и вовсе захватить мою землю, когда я и на ногах-то толком не стояла… Но не сделал.

Оля подумала, что это даже не смешно — человек, в памяти которого умещаются целые планеты и звёзды, идёт на бесчестный поступок ради несчастного клочка лесостепи где-то у чёрта на рогах.

Но вслух ничего не сказала.

— Он… Будто бы он всё знает наперёд. — мечтательно продолжила Мария. — Не знаю уж, это так хорошо учат в военной Академии, или в семье его так воспитали, но мне до него далеко, я чувствую это — а ведь мы ровесники почти… И тем интересней смотреть в эту даль. Пытаться стать к ней чуть ближе.

Оля подняла взгляд, встретившись глазами с Марией. Девушка никак не ожидала от подруги, обычно по-военному прямой, такого поэтического слога. Но…

Но, если Оля не выдумала то, что видела этой ночью… Ох, бедная Мария даже не представляет, насколько Андрей далёк. Насколько они на разных… Буквально на разных планетах!

Девушка еле сдержалась, чтобы не мотнуть головой, настолько трудно эти мысли в ней помещались. Планеты… Что-то из области жёлтых газет для любителей всяких пришельцев.

Но она сама видела… И она уже хорошо умеет отличать воспоминание от фантазии. Научившись просеивать свою память, она очень часто это делала, и различать научилась.

А ведь раньше с трудом отличала сон от яви. Не хотела отличать.

В этот раз Оля ничего не стала говорить. Лишь доверительно покивала подруге — да той и не нужно было большего. Она явно копила эти слова в себе, и теперь хотела просто их кому-нибудь сказать, не сомневаясь, что Андрей честен и подслушивать не станет.

Да он и не подслушивал — Оля чутко следила, нет ли поблизости знакомых ментальных нитей. А потому ощутила приближение Андрея ещё до того, как он вошёл.

— Добрый вечер, Оля. — мягко, но глядя ей прямо в глаза произнёс он. — Мне вновь нужна твоя помощь. Нужно помочь с пробуждением сил Ефима — оказать эмоциональную поддержку, чтобы ничего не повредить.