Вот оно! Я наконец «услышал» в очередном скопированном куске памяти нужные слова. О блокираторах маны, о том, как ими пользоваться. Перед внутренним взором предстал рослый мужчина в возрасте с пышными седеющими усами…

Всего лишь начальник. Камень ему выдал всего лишь его начальник, Гвардии полковник, не кто-то из триумвирата. И никаких следов зачисток памяти на нём явно нет.

Что ж. Главное я выяснил. А ещё всё внимание той четвёрки, уже давно покинувшей свои диванчики, приковано ко мне. А значит…

— Добей его уже, барон!!! — провизжала из толпы какая-то полуголая девица, приподнимая луками свою увесистую грудь и «дразня» окружающих. — Мой герой!!!

Я улыбнулся, разворачиваясь боком и пропуская мимо живота новый укол. Но тут почувствовал, как ярость капитана перешла роковую черту.

— Щас твой герой сдохнет! — даже как-то немного обиженно прорычал он.

Его вторая ладонь вылетела из кармана, отпуская кристалл. Но, ещё до того, как я успел свободно вздохнуть, она с громким хрустом вытянулась, превращаясь в щупальце с костяным шипом на конце.

Это щупальца тут же устремилось ко мне, как и развернувшаяся на лету шпага. Не давая пространства для манёвра, эти «ножницы» грозили вот-вот схлопнуться на моих рёбрах.

Ну ладно. Пора это заканчивать.

Ускорив сознание почти вдвое, рискуя плечевым суставом, я положил левую ладонь на рукоять второго клинка, выхватил его из ножен, вскинул… И развёл обе руки в сторону, встречая его атаки своими контрударами.

Розовый туман озарила вспышка чистого синего света. лезвия сверкнули, проводя вновь оживившуюся энергию. Левый клинок с громким лязгом встретил шпагу — и легко перерубил лезвие пополам.

Осколки со звоном посыпались на пол.

Правый же столкнулся с щупальцем, которое капитан уже никак не успел остановить. Лезвие вошло в видоизменённую плоть как горячий нож в масло, брызнула кровь, и отрубленная половина руки-щупальца плхнулась на пол рядом с лезвием шпаги.

— А-а-а-а-а!!! — истошно вскрикнул капитан. Он-то готовил конечность исключительно к атаке, к яростному броску. И даже не подумал о том, чтобы уплотнить кожу, или создать костяную броню.

Так бывает, когда ярость и ментальный импульс врага заменяет тебе мозги.

Толпа торжествующе взревела… Впрочем, многие, поставившие на победу капитана, не разделяли общего веселья.

— Лживый ублюдок! — прорычал враг, падая на колени. К нему уже бежал лекарь. — Ты солгал! Использовал второй меч!

Ха! И это ничтожество будет говорить мне что-то о чести и честности? Развернувшись к нему и нависнув над ним, я ответил: