И, наконец, детали по роду Капрос: далеко не все мне змейский Серпент озвучил, а Зорга откуда-то знал (птички нащебетали, или ещё что). Например, больше половины поставок с пряного острова шло с печатью кабаньей головы Капрос. Сколько с этого имели Лидари — неизвестно, как понятно, но передавшие корифейскому роду свои земли на материке Капросы переселились на Пряный Остров фактически полным составом, там процветали и вызывали зависть у многих родов владеющих, несмотря на реализованный Капросами вассалитет Корифею.
Этот род имел в Золотом немалый особняк, в котором обитало несколько представителей рода, уж не знаю, насколько постоянно, потому что птах не знал. В светской жизни типа гулянок, посещений «благородного собрания владетелей» и прочих тусовках участвуют, но без фанатизма. Стопроцентно «прокорифейский» род, причём не удивлюсь, если их торчание в Золотом — условия Корифея, выставляющего кабаний род как этакую вывеску «пацанов, пришедших к успеху», не без участия Корифея, само собой.
И, наконец, довольно забавный момент с поединками именно Капросов. Как я понимаю, птах был в курсе сплетен и всего прочего, ну и с его слов выходило, что за последние пару лет из всего рода Капрос дуэлился всего один представитель. Эта самая Фиалка, причём ни одного поединка из дюжины не проиграла, только один закончила «вничью» — вымотавшись с противником до потери сознания, обоюдного. При этом вроде и не зверствовала, но выходит «горячая дамочка», что я в целом и так понимал. Ну и убивать её явно не стоит, не только из галантности и пацифизма, но и здорового прагматизма. Род Капрос выходил немаловажным для корифейства в целом, богатым и могущественным (пусть и в отдалении, но влияние его это не отменяет). И портить с ними отношения, убивая взбалмошную девчонку, как минимум глупо. Да ещё и со своим непосредственным выгододателем-нанимателем вполне можно отношения испортить. Правда, учитывая фиалкину дуэльную активность, начинают появляться…
«Как же ты меня доста-а-ал!» — почувствовалось из моих недр. — «Дёргаешься так проти-и-ивно! Придурок и заяц!» — довольно обидно представил Потап ушастого, находящегося в состоянии острого психоза — дёрганого, с гораздо более перекошенными, чем от природы, глазами. — «Я СКАЗАЛ — ВСЁ ХОРОШО БУДЕТ! ПОНЯЛ⁈»
— И незачем было так орать, — мысленно огрызнулся я, слегка ошалев от интенсивности эмоционального посыла топтыгина. — Я и без этого прекрасно…
«Вот и не дёргайся, как заяц!» — рявкнул Потап и перестал травмировать моё сознание своими мыслеобразами.