— Почему не помочь, навести на днях — сходим вместе, — пожал плечами ликантроп.
В общем — неплохо вышло, несмотря на дерьмовость и отсутствие выслуги. Мне ведь от службы капитал нужен, а это колечко вполне ценное. Единственное что — куча вещей оказались не теми, как выглядят на первый взгляд. Что, впрочем, естественно для жизни.
«И хорошо, что эта крикливая гадость только одна есть», — прогундел Потап. — «До сих пор уши болят и в груди ноет» — пожаловался он, закончив традиционным: — «Я — спать!»
Ну, хоть не орал, жопа мохнатая, и то хорошо. А мы, тем временем, добрались до кабака с термами и девками, классом повыше Счётов. Где заняли зальчик с бассейном и принялись «отмечать». Пил я по минимуму, но пришлось. На девок особо не отвлекался, а вот рассказы слушал и вопросы задавал. И узнал несколько интересных и новых для себя вещей. Например, у Карего ситуация та же, что и у меня, хоть полегче. Точнее, у его рода и стаи. В особняке на текущий момент живут практически все Бурлы, из тех, что есть на Зиманде. Дети да пара стариков. Война родов, очевидно, с потерей земель. И Карий служит уже третий ряд, выслуживая достойное поместье для рода. Да, уже «под корифеем», да, с некоторым риском, но тем не менее, выгрызая для рода «тёплое место». Я, в принципе, занимаюсь тем же самым — только без земель и для «рода себя самого». Но дядьку стал понимать лучше, да и причины откуда всё так хорошо знает. Третью «тысячу дней» служит, и живой при таком счастье — понятно, что в курсе всего.
Посидели, пообщались, заодно точно узнал, что Квадрасек — квадра секстус, если полным именем. Сам одарённый сидел, в бассейн не лез, в беседе особо не участвовал. Но жрал и пил исправно, и даже девку попользовал какую-то в закутке (впрочем, свечку я не держал, и даже непривычно молчаливый Зорга — тоже, так что может морозилкин потрясал девицу свими риторическими талантами, до полного удовлетворения). Хотя то что одарённый «активности не проявлял» — было по большому счёту пофиг. От него нужно было только присутствие и более-менее нормальные отношения в перспективе.
После посиделок обрался до дома, к двери эркера приближался с некоторым опасением, принюхиваясь. Мертвечиной не пахло, да и встретивший меня Млад оказался отрадно жив. Правда, преподнёс мне сюрприз, обратный урговскому.
— Приветствую, господин, — кивнул слуга. — Взгляните, нашёл, — указал он на стол, где стояла стопка серебрушек, с десяток на первый взгляд.
— И где? — заинтересовался я.
— В комнате для слуг, почтенный. Прибрался и нашёл под кроватью.