— Если вопросы личные, не имеющие отношения к моим службам, не вредящие мне и роду — то да, отвечу, — обдумав, решил я.
— Замечательно, видом. Я вам так благодарна! — сложила она лапки на груди и натурально дёрнула ухом — не лисьим, человеческим, но отчётливо заметно, в этаком жесте любопытства.
— Почему в Лисьей Правде не было объявления об охоте Кукува, уважаемая Лиса?
— Как же не было, почтенный? Было!
— В объявлениях за деньги, — покивал я.
— Ну-у-у… сложный вопрос, почтенный. У нас с родом Кукува… некоторые разногласия. Не вражда, само собой, вы сами знаете — родичи были на их празднике. Но… писать про род Кукува Лисья Правда посчитала ненужным. Но объявление мы напечатали. Мы — честное издание! — аж задрала носик рыжая.
— Понятно, благодарю, — кивнул я. — Прощайте, уважаемая Лиса.
— До встречи, почтенный Михайло Потапыч!
И в общем — было действительно понятно. Некий конфликт с Кукувами действительно имел место быть. Не вражда, как понятно, тут Лиса не врала. Но Рейнары посчитали возможным «напомнить», кто тут свободной прессой владеет. В общем-то, нормальная практика, и в рамках отсутствия тонн вранья — утверждение Лисы насчёт честности даже не вызывает улыбки. Только название газетёнки — Лисья Правда, широко оскалился я, но тут же взял себя в руки: я как раз выходил из Собрания.
И что-то, как-то, мне не очень понравилось то, что я увидел. Десяток пролёток с гелеакулюсами, на рядом с которыми толпилось пара десятков владеющих. И взгляды на меня… Хотя увиденная физиономия Казни меня несколько расслабила. Да и рожи знакомые, дружинники. Но совсем расслабляться я не стал: только что на меня пытался «наехать» вроде как совершенно лояльный корифею тип.
Но напрягался я, как оказалось, зря. Меня просто «позвали на гулянку», за город, на берег Золотой. Судя по всему, дружинные «признали своим». Да и Зорга, кстати, из толпы вывинтился и кивнул.
Согласился, естественно. Хотя без особого восторга, но надо. И любовался на «поведение подвыпивших дружинников»: свешивались с пролёток, размахивали шашками, орали песни. Прихватили по дороге несколько прохожих девиц. Я мысленно поморщился, но возникать не стал: мне за защиту этих потерпевших не платили, да и порядки в Золотом такие, как и законы. В общем — не слишком приятно, но те же «жертвы» претензии к корифею могут направлять, это ЕГО правила.
А когда парочку из дюжин девиц, особо визгливо и активно отбивавшихся отпустили — я и вообще расслабился. Очевидно, никто насиловать со страшной силой не собирался, только с силой умеренной и «условно-согласных». Потому что не хотели бы — отбивались как пара отпущенных, факт.