Впрочем, что интриган так вкусно подставится — я и не ожидал. Надежда была, проверить надо, но вероятность «выйти на источник» была пренебрежительно мала.
— Тогда вира вам — слухи поносные, коли услышите, пресекать. И проигрыш ваш — следствие неправоты и того, что поверили лжи бесчестной. Сам! — воздел я палец к небу, — мне помог и вас повёрг, во имя справедливости.
Ну и свалили мы с ертаулом от почёсывающих отпедагоженые детали парней. Что радовало — в глазах нескольких зарождалась мысль, именно в стиле: так-то мы круты, но тут и вправду на хрень повелись. Так что на хрень вестись не надо, а то бы мы и Потапыча забороли. И надо, чтоб об этом народ узнал, а то за слабаков нас примут.
В общем — самое то, ради чего вся эта бодрая речёвка и затевалась.
Добрался до дома, отдохнул просто и с персоналом, расслабился. Почертил блок-схемы — как-то привычно и думается лучше. И — ничего. Разве что от зложелателя, после провальной интриги, стоит ожидать прямого покушения. По логике так выходило, потому что эти мальчишки всем уши прожужжат. И даже если найдётся очевидец, перед богами клянущийся, как видом Потапыч предавался групповой некропедозоофилией — хрен в это поверят. Так люди работают, и даже жаль немного упущенных возможностей, но некропедозоофилия — точно не моё, а распространять информацию об удовлетворении меня половым персоналом Счёт… Ну, разве что удивление вызывает и жалость, что «так мало» — видно, занят делами богоугодными.
И через пару дней меня навестил Зорга. Он полетал-пощебетал, и выяснил, что в рядах владеющих «злостный насильник Потап» стал скорее не остроумной шуткой, чем причиной «ужасаться и карать». Фиалка, кстати, этому поспособствовала. К ней какой-то особо одарённый деятель подкатил «уточнить». Получил в глаз коп…кулаком, полежал, выслушал, что «за пороченье любезного видома Михайло Потапыча и убить мало, да руки пачкать неохота». История получила огласку, ну и придурков с дуэлями мне можно всего лишь умеренно опасаться.
На четвёртый день — записулька от Серпента. Всё тот же курьер, правда, на полдня. И, кстати, нарвались на нава-человека, одержимца из клоачных жителей, причём одержимца не «злым человеком», а «злым зверем». Дух, воплотившийся в теле, похоже, не мог толком понять, делать его больше, сильнее, прочнее — и пытался делать всё сразу. Вышло… неэффективно, и это мягко сказано. То есть бомжей клоачных это прекорёженное скособоченное уёжище харчило успешно, но когда оно выперлось на нас из-за поворота канализации, Зорга небрежно обезножил тварь, разнеся суставы гротескно перекрученой твари из пистоля. Мне только и оставалось, как заглянуть в навь. Полупрозрачный дух непонятно кого был отвратен и перекорёжен — видимо, «обратная связь» от одержимого тела. И совершенно в нави небоеспособен, даже не слишком способен к передвижению: одержание и поглощение живых из «тела», как и описывалось в литературе, ощутимо снизило кондиции в нави. Просто раздавил пакость этакой «каменной пастью» из земли, дождался впитывания искорок (не пропадать же добру!), да и свалил в явь.