— Почтенный… — начал было он, но уткнулся взглядом в развёрнутый пергамент «от корифея». — Понятно, почтенный видом. Не смею вас задерживать, — коротко кивнул он, возвращаясь к капитану.
Хм, ну в принципе, подобное поведение вполне понятно: если двигаться по корифейству можно только с подорожными, то и трясти имеющих эти подорожные или приравненные к ним записульки — просто глупо. Правда, я рассчитывал получить от стражников информацию… впрочем, никто не мешает мне её получить в городе. Никаких дел на Быстрице у меня не было, так что просто направился с корабля.
В портовой зоне было людно, народ сновал туда-сюда, толкал тележки и грузы, но меня обходили. Не из-за одежды, как я думаю: моё пончо-плащ было далеко не самым «бохатым» из одежды прохожих, которые уворачивались от телег, как миленькие. Скорее всего дело в манере себя держать: и я на земле, и Михолап тут привыкли держать голову прямо. Это ещё было и физически удобно — я бегал взглядом, а свысока это не так заметно окружающим: Михолап был в среднем на голову повыше среднего прохожего.
Правда, то, что меня обходили, препятствовало намерению отловить какого-нибудь прохожего, потрясти его на информацию. Впрочем, порт мне покидать и так, и так, а расспросить кого-нибудь информированного даже лучше в городе, вне этой портовой суеты. Прошёл по центральной улице до перекрёстка: улица была огромной, метров тридцать шириной, хотя… проезжая часть. То есть по центру улицы проходила железка, только двухпутная, а вот пара полос по бокам были явно выделены и предназначены не для пешеходов. Но навозом и прочей пакостью не пахнет, как и в Гденьске… Видимо, какие-то виды не пахучего транспорта, те же железные кони в «индивидуальной модификации», как я себе и хотел.
Тем временем, подъехал гелеакулюс с вагоном, остановился, и из него вывалилась толпа в сюртуках (а бабы — в платьях, хотя и не «средневеково-придурошных», в смысле, до колен или чуть ниже, мостовую не подметали). Я, ради интереса, вчуствовался и просто встал столбом: дело в том, что одарёными были практически все прохожие! Нет, простые люди тоже встречались, как слезшие с транвая, так и идущие по улице. Но были они в удручающем меньшинстве, от семи из десяти встречных и поперечных таращило магией. Это было ни черта не типично — одарённые в том же Гденьске встречались редко, я чувствовал. Про сёла и владения можно не говорить, а в столице — большинство населения, что странно…
Додумать мысль я не успел: с боковой дороги вылетела… пролётка, запряжённая железным конём, намного меньше «рельсового» гелеакулюса. Скорость у этой конструкции была километров под пятьдесят в час, вот только от вагона к пешеходной дороге шли люди, а телега выкатилась «с поворотом». В общем, как мне показалось — сейчас будет месиво. Но погонщик пролётки каким-то чудом справился: от пролётки шибануло магией одарённых, конь, выбивая из мостовой каменную крошку и снопы искр, погасил часть скорости и сменил направление. Но пролётка инерцию не потеряла, сдвинув коня с места и начав вращаться вместе с конём друг вокруг друга, летя практически на меня. Ну а я посчитал, что выполнять роль дорожного отбойника недостойно почтенного видома, так что ловко отскочил с траектории транспортного средства.