Его обостренная, звериная интуиция набатом кричала о том, что в недрах той кромешной пещеры затаилась первобытная, смертоносная угроза.
«Только этих слов я от тебя и ждал!» — Клейн, ни на йоту не выходя из роли безумного Германа Воробья, беззвучно, с колоссальным облегчением перевел дух. Издав короткий, сухой смешок, он бросил:
— А не сочтут ли подобный жест вопиющей грубостью?
Не успели эти слова растаять в воздухе, как земная твердь под их ногами внезапно содрогнулась, словно в глубине ворочался проснувшийся исполинский монстр!
Глава 807 Паршивое невезение
Почувствовав дрожь земли, Элджер напрягся. Бросив быстрый взгляд на Германа Воробья, моряк решил заменить слова действиями.
Вокруг него внезапно с ревом взметнулся ветер, помогая с невиданной легкостью и пугающей скоростью рвануть в сторону.
«Повешенный» пошел на этот шаг без промедлений, всерьез опасаясь, что Герман Воробей в очередной раз сорвется в безумие и вздумает поохотиться на ту жуткую тварь, что таилась во мраке пещеры. Даже увенчайся подобная бойня триумфом, она неминуемо выжала бы из них все соки, поставив крест на дальнейшем исследовании острова.
Будучи прожженным, опытным «Моряком», он кристально ясно понимал: решительные поступки невероятно заразительны и способны на чистых инстинктах увлечь за собой товарища, еще не успевшего принять окончательное решение.
Узрев этот маневр, Клейн беззвучно, с колоссальным облегчением выдохнул. Благоразумно отбросив любые рассуждения о вежливости, юноша сорвался с места и с гулким топотом устремился вдогонку, пристраиваясь чуть позади и сбоку от напарника.
Вслед за этим он физически ощутил, как ревущий шквал ударил в спину и подхватил под ноги, словно невесомую пушинку неся его вперед. Гравитация мгновенно ослабила свою хватку, а дарованный ветром импульс разогнал беглеца до такой немыслимой скорости, что та разом возросла как минимум вдвое!
Под оглушительный свист урагана Клейн и Элджер пулей вылетели из редколесья, обогнув ту непроглядную, зловещую тьму по широкой дуге.
И в этот самый миг сердца обоих внезапно, пугающе замедлили свой бег. Этот ритм совершенно не вязался с бешеной скачкой — скорее он походил на безмятежную дремоту, в которую проваливаешься, разомлев под ласковыми лучами полуденного солнца.
Вслед за этим Клейна пробрал пронизывающий холод. Неописуемая, леденящая душу жуть вынырнула из ниоткуда, капля за каплей просачиваясь в самую плоть.
Одновременно с этим юноша подметил, как тусклый свет керосиновой лампы в руке Элджера дюйм за дюймом пожирается исполинской тенью, вздымающейся за их спинами. Перед мысленным взором сыщика сама собой вспыхнула кристально ясная картина: