Внезапно в погруженной в промозглый, леденящий душу мрак комнате раздался мерный, барабанный стрекот: тук-тук-тук. Аппарат, к которому не прикасалась ни одна живая душа, ожил сам по себе.
Глава 936 Не желая упускать
Под мерный, дробный стрекот беспроводной телеграфный приемник выплюнул лоскут призрачной белой бумаги. На нем ровными лоэнскими буквами было выведено:
'О великий, высочайший и вечный владыка, ваш ничтожный, смиренный и бесконечно преданный слуга Арродес явился на ваш зов!
Ведомо ли вам? В семье доктора Аарона Цереса позавчера ночью наконец-то появился на свет младенец'.
«Какое счастье, что я вовремя навел мосты с волшебным зеркалом…» — Клейн едва заметно кивнул и ровно произнес:
— Теперь ведомо.
Аппарат вновь затарахтел, выплевывая свежую порцию иллюзорного пергамента:
«Следуя закону равноценного обмена, нынче ваш черед задавать вопросы».
Изначально Клейна так и подмывало выпытать всё об Инсе Зангвилле, артефакте «0–08» и том самом злом духе «Красного Ангела». Однако, поразмыслив, он резонно рассудил: раз уж его собственные гадания над серой мглой потерпели фиаско, то и всевидящее око Арродеса вряд ли сможет пробиться сквозь эту пелену. В лучшем случае зеркало подкинуло бы более подробное досье на «0–08». А такой расклад сулил фатальную угрозу: не укрывшись барьером серого тумана, сыщик де-факто «узнал» бы об артефакте нулевого класса, и тот, согласно своим леденящим правилам, неминуемо взял бы его след. Подобная засветка в корне ломала любые планы по дерганию за ниточки из глубокой тени и режиссуре спектакля.
Взвесив всё за пару секунд, юноша поинтересовался:
— Существует ли способ в кратчайшие сроки переварить магический эликсир?
«Безупречнее отыгрывать роль», — под звонкий стрекот выстроились черные буквы на призрачной бумаге.
Пробежавшись взглядом по ответу волшебного зеркала, Клейн впал в непродолжительное оцепенение, после чего медленно, с тяжелым осадком на душе выдохнул.
Для его нынешнего состояния и скудного арсенала Инс Зангвилл нарисовался на горизонте слишком уж рано!
До полного усвоения зелья «Марионеточника» оставалось еще добрых два месяца. Достигни он этой планки, сыщик, загодя скопивший все необходимые ингредиенты, смог бы виртуозно срежиссировать вендетту, превратив убийство полубога Инса Зангвилла в грандиозную постановку. Этот акт возмездия идеально сплелся бы с ритуалом возвышения, напрочь избавляя от нужды готовить пути к отступлению. Увы, суровая реальность диктовала свои законы: Инс Зангвилл отнюдь не собирался покорно дожидаться, пока его палач вооружится до зубов. Он вышагнул на сцену тогда, когда ему вздумалось, безжалостно ломая заготовленный сценарий.