Сбросив с себя оцепенение, вампир кристально ясно осознавал, что взор господина Шута всё еще обращен к этому месту. Поспешно, с благоговейным трепетом он вопросил:
— Что вам угодно… нет, что я могу преподнести вам в дар?
Эмлин свято верил, что господин Шут неукоснительно блюдет принцип равноценного обмена, а потому резонно полагал: за ниспосланное спасение неминуемо придется заплатить соответствующую цену.
Спустя мгновение звенящей тишины перед его мысленным взором раскинулась бескрайняя, уходящая в бесконечность серая мгла и сокрытый в ней размытый силуэт. С небес грянул величественный, подавляющий своей божественной статью глас:
— Эту куклу.
— Будет исполнено, — вампир послушно сделал два шага вперед и, наклонившись, подобрал обгоревшую деревяшку. Сноровисто зачистив за собой все следы, он пулей вылетел из Восточного района.
Тем временем Клейн, с параноидальной осмотрительностью пустив в ход бумажного ангела для наведения помех против любых прорицаний, благополучно низвергся обратно в реальный мир.
Юноша уже было вознамерился вернуться в теплую постель и досмотреть сны, как вдруг с нескрываемым изумлением обнаружил, что лунный свет за окном вспыхнул с пугающей яркостью, уподобившись заливающей всё вокруг свежей крови.
«Какого дьявола…» — снедаемый недоумением, сыщик подошел к окну и устремил взор в небеса. Тот самый серп, что еще недавно освещал Баклунд, невесть когда успел налиться в идеальную полноту, пылая пронзительным, багрово-алым цветом.
Вновь взошла «Кровавая луна».
…………
«Кровавая луна?» — Элджер Уилсон тоже вскинул голову к багровым небесам, после чего уверенным, неспешным шагом переступил порог возвышающейся впереди церкви Грома. Именно здесь ему предстояло выступить с докладом на следующее утро.
А в самом сердце этого острова, на вершине монументального горного пика, высился еще один собор, носящий гордое имя «Бездна Бурь». То была не просто штаб-квартира Церкви Повелителя Бурь, а самое её ядро, истинная святая святых всех храмов.
Глава 748 В унисон
Внутри церкви Грома высокие своды опирались на непрерывную череду арок, а фрески на стенах плавно перетекали одна в другую, не оставляя ни единого пустого пятна. В этой росписи безраздельно властвовали золотые и лазурные тона, отчего каждый вошедший под эти монументальные своды на подсознательном уровне ощущал давящее, первозданное величие и святость, невольно опуская голову.
Элджер Уилсон, имеющий богатый опыт общения с сокрытой сущностью и завсегдатай собраний в чертогах, что ничем не уступали обители богов, давно утратил былой священный трепет перед подобной архитектурой. Впрочем, внешне он ничем этого не выдал. Подобно окружающим морякам, он покорно уставился в пол, ступая мягко и бесшумно, стараясь даже дышать через раз.