* * *

Она никак не могла успокоиться. Словно раненая голубая пантера металась по дому, сшибая непрочно лежащие вещи на своим пути. Аида наблюдала за ней сначала со спокойно-философским выражением на лице, затем оно сменилось на ироническое. Но когда на пол полетела фигурка толстопузого Дайкоку, стоявшего на полке для привлечения в дом денег, она не выдержала и нарушила обет молчания.

— Ну? — сказала Аида, придав голосу как можно больше значения. — И?

— Он! — Яська остановилась. — Никогда раньше. А я…

— Ты хотела как лучше, а это лучше для него оказалось неприемлемым? — спросила Аида и потянулась на диване, сцепив руки сзади в замок. — Добро пожаловать, детка, в мир отношений между мужчиной и женщиной.

— При чём тут отношения? — Яська остановилась. — Ларик всегда был мне другом. И раньше хотя бы старался выслушать, прежде чем…

— От того, что Илларион твой друг, он не перестаёт быть мужчиной. Причём насколько я его знаю, довольно непростым. Со своими — и очень шустрыми — тараканами в голове.

— Мы поссорились навсегда? — Яська поникла.

— Не знаю, — Аида пожала плечами. — Может быть. Если бы жила здесь, скорее всего, со временем ссора и стёрлась бы. Но ты уедешь…

Девушка не ожидала такого ответа. Ей казалось, Аида должна броситься её утешать и сказать, что это такие пустяки, и скоро Ларик придёт просить прощения. Тогда Яська немного подуется и простит. И получится так, что словно не было этой ужасной ссоры. Она метнула в Аиду молнию:

— Как⁈

— Ты хотела услышать правду? То, что случилось однажды, наверняка может повториться. Он, скорее всего, очень испуган. А страх убивает надежду. И…

Тётка сделал короткую паузу.

— Ясь, скажи честно, ты абсолютно уверена, что он — святая невинность? Никак не замешан в этой истории? Почему же так остро реагирует на твои попытки выяснить, что происходит?

Аида зябко поёжилась, хотя вечер навис душный — до размазывающей по дивану истомы:

— Страх всегда сначала убивает надежду, а потом — своего носителя.

Яська же почему-то от её слов как-то сразу испугалась, но не нашла ничего лучшего, чем в пику просто нахамить:

— Откуда тебе знать про отношения? Ты всю жизнь прожила одна, — крикнула в запале, тут же пожалев об этом.

Не иначе как Тумба покусал Геру, Гера — Ларика, а Ларик, в свою очередь, заразил её бешенством. Все они выглядели со стороны несколько неадекватными.

Яська застыла от своих же слов, но Аида казалась спокойной. Только сильнее обхватила плечи, словно всё никак не могла согреться от внутреннего холода, преследующего её даже в самый знойный день.