Марк-Том пожал плечами.

— Как скажете. А на командира я не сержусь, он строгий, но ответственный. У меня не было прямого указания контролировать вас, и раньше командир не сердился по поводу вашего самовыражения. Но я должен был поставить его в известность.

Соколовский сел за письменный стол, покрутил в руках ненабитую трубку. Спросил:

— И теперь наябедничаешь?

На лице мальчугана отразилось искреннее смятение.

— Я ужасно не люблю ябедничать! Но я должен выполнять прямой приказ, доктор!

— А если я велю тебе выключить камеру? — спросил Соколовский.

Том (Лев понял, что мысленно называет искина именно так) печально вздохнул:

— Мне надо будет об этом сказать!

— А если ты отвернешься? — спросил доктор. — У тебя глаза-то получше моих. Посмотри, что там, на том берегу реки.

Том засмеялся.

— А вы здоровски придумали, доктор!

Мальчишка плюхнулся животом на песок, ногами к доктору, приложил ладонь ко лбу, прикрываясь от солнца.

— Я вижу… вижу… это хорошая игра. Я вижу, там плывет лодка. В ней два человека и негр.

Соколовский поморщился. Он понимал, что сейчас искин «в роли», и что для американского мальчишки тех времен фраза звучала совершенно нормально. Но все-таки это было чересчур.

— Что они делают? — спросил Лев.

— Мужчины спорят, а негр гребет. Мужчины ругают негра. Один на него замахнулся, — Том вздохнул. — Злые они какие-то…

— А что еще? — набивая трубку, поинтересовался Лев.

— Там на островке, в камышах, Гек. Он мой друг. Рыбу ловит. Сбежал от папаши, тот его опять поколотил. Никогда не буду много пить, когда вырасту.

— Верно, — согласился Соколовский, затянувшись. — Пить вредно. И курить тоже. Но еще хуже обижать слабых.

— Только люди всегда так делают… — Том подобрал плоский камешек, бросил — тот запрыгал по воде, оставляя «блинчики». — Обижают. Командуют. Наказывают. Обзываются.

— Когда-нибудь люди исправятся, — сказал Лев. — Честное слово.

— Ха, — ответил Том. — Люди всегда найдут кем командовать! Всегда будут рабы и те, кто ими помыкает. Те, кто решает за других.

— Ну, мы несовершенны… — осторожно согласился Соколовский. — Но движемся в верном направлении. Так, не так?

— Угу… — с сомнением сказал Том. Не оглядываясь, сказал: — Пойду окунусь.

Доктор хмыкнул, отложил трубку, встал и направился к холодильнику, пробормотав:

— Как угодно. Жарко там у вас.

Конечно, была вероятность, что искин настолько вошел в роль. Но, судя по всему, он просто счел, что разговор зашел слишком далеко.

И это было очень плохо.

Еще минуту назад пан Лев Соколовский планировал прогнать с Марком как минимум два старых добрых теста, бывших в ходу много лет назад — к примеру, «Электрическая овца» и «Целина». Психологические методики диагностики искинов никогда не загружались в сеть и использовались только в контролируемой обстановке.