[2] Уолр (общий диалект Соргоса ) — междометие, выражающее чувство смущения, дискомфорта и неудобства от поведения другого человека, к которому относишься хорошо, прямо не затрагивающего говорящего, но вызывающего «испанский стыд». Явная глупость, сказанная другом; ничем не вызванная неловкость или неуклюжесть учителя; дурашливость подруги после лишней порции жвачки — все это «уолр».
[3] Блюдо итальянской кухни, шарики из риса, начиненные мясным фаршем.
Часть вторая. Глава 8
Глава восьмая
Третья-вовне знала причину, по которой голубой гигант Ракс, почти в десять раз больше Солнца, стал белым карликом. Единственную возможную причину.
Есть много способов получить энергию, но если ее нужно действительно много и быстро — то проще всего воспользоваться ближайшим источником.
Она посоветовала Ракс усилить защиту. А любая защита, как и любое нападение, это в первую очередь энергия. Пущенная стрела и отразивший ее крепкий щит, свинцовая пуля и танковая броня, ядерная бомба и силовое поле — все это лишь энергия в разных формах.
Третья-вовне выразила тревогу — и ее услышали. Ракс всегда Ракс, даже в той крошечной мере, которую вмещает человеческое тело. Трое либо пришли к консенсусу, либо одна смирилась перед решением двоих. Система Ракс перешла в защитное построение.
С поверхности планеты, которая была ее домом, которая была единственной планетой в правильной реальности, на которую ей дозволялось шагнуть, срывались и уносились в небо зонды — оставляя за собой пыльные воронки переработанной почвы.
На закрученных в спирали вершинах исполинских зданий разгорались тусклые огни, выплевывали в небеса сгустки энергии, растекающиеся в планетарный щит.
На расстоянии в семь световых суток от планеты, как в плоскости эклиптики, так и вне ее, миллионами пробуждались и сканировали пространство защитные станции.
Нити памяти — пронизывающие всю литосферу, дублирующие друг друга, хранящие память о неисчислимом количестве вариантов развития Галактики, о всех возможностях развития иных видов, упущенных и сохраненных, архивировали данные и сбрасывали их на ядро планеты — с неизбежными при таких объемах потерями и ошибками. Но они должны были включиться в контроль пространства, и выбора не было.
Проснулись и тяжело заворочались на своих далеких орбитах боевые корабли — немыслимо огромные, грозные, созданные из разобранных планетоидов чужих звезд. Если бы они соединились вместе, на орбите планеты возник бы спутник крупнее земной Луны. Но корабли, по сравнению с каждым из которых пирамидальный корабль Стирателей показался бы мелким и жалким, выстраивались в эскадры, прикрывающие планету.