Я будто бы только теперь заметил: на гостье перетянутое в талии тонким пояском простенькое бежевое платье, не достававшее до колен. Выглядевшая лёгкой и воздушной белая кофта крупной вязки. Я посмотрел на бежевые туфли с блестящими пряжками. Увидел, как молодая женщина переступила с ноги на ногу, словно мой пристальный взгляд её всё же слегка смутил.

Олег Павлович сунул руку во внутренний карман пиджака. Достал оттуда советский паспорт нынешнего образца: обложка тёмно-зелёного цвета с диагональной фактурной сеткой. Протянул его мне.

— Ваш новый паспорт, Александр Васильевич, — сообщил он. — Старый более не действителен. Считается утерянным.

Я взял из рук майора КГБ документ, заглянул в него. Увидел свою подкрашенную чернилами штампа чёрно-белую фотографию (точно такую же, какая красовалась сейчас и в моём «старом» паспорте). Пролистнул новенькие страницы до первой надписи «Особые отметки». В моём «старом» паспорте (который сейчас лежал в сумке) та страница оставалась чистой.

В новом же документе я на ней увидел штамп из ЗАГСа с сообщением о том, что обладатель паспорта зарегистрирован в браке с гражданкой Неверовой Н. С. тысяча девятьсот сорок седьмого года рождения. Я снова взглянул на свою фотографию в документе — убедился в том, что она мне не померещилась. Поднял глаза на лицо Надежды Сергеевны, затем сместил взгляд на майора КГБ.

Я показал Иванову паспорт и спросил:

— Зачем это?

Олег Павлович отреагировал на мой вопрос «стандартной» улыбкой.

— Сейчас я вам всё объясню, Александр Васильевич, — пообещал он.

Иванов показал мне правую ладонь и добавил:

— Не волнуйтесь.

Надежда Сергеевна всё же улыбнулась.

«Приятная улыбка», — отметил я.

— Александр Васильевич, не возражаете, если мы пройдём на кухню? — спросил майор. — Разговор предстоит долгий. Я привёз вам из Москвы не только жену, но и хорошие новости.

* * *

Я сообщил Ромке, что у нас гости. Сказал, что пообщаюсь с ними на кухне. Мой младший брат на моё сообщение никак не отреагировал. Словно уже смирился с тем, что продолжение песни сейчас не услышит. Он повернулся ко мне спиной, уселся за письменный стол. Придвинул к себе книгу и прошуршал страницами. Я погладил его по голове, поспешил к гостям.

Олег Павлович и Надежда Сергеевна ждали меня за кухонным столом. Молчали.

Дедово место пустовало — я уселся на него (спиной к окну) и поинтересовался:

— Чай?

Иванов от моего предложения отказался — его спутница промолчала.

Майор тихим голосом сообщил, что его московское начальство приняло моё предложение. Сказал, что для деда Жени подготовят место в Центральной клинической больнице Москвы. Деду предстояло поступить туда на следующей неделе. Иванов заверил, что моего деда там «полностью» обследуют и примут решение относительно его дальнейшего лечения.