— Доктор Пирогов, — произнес он. Голос звучал как шелест могильного савана по надгробию — тихий, вкрадчивый, но отчетливый. — Наконец-то мы встретились лицом к лицу.

— Вы меня знаете. А я вас нет. Я в невыгодном положении, — ответил я, медленно поднимаясь и загораживая собой Анну.

— Можешь звать меня Альтруист. Забавное имя для того, кто несет смерть, не правда ли? Ирония судьбы. Я представляю интересы… определенной организации.

— Ордена Очищения, — кивнул я.

Он усмехнулся, обнажая зубы. Слишком острые для человека:

— Ты хорошо информирован, некромант, — процедил он. Еще и в курсе, кто я такой. Или же просто бьет наугад в надежде, что я сам себя выдам. — Да, благородного Ордена Очищения. Мы знаем, кто ты на самом деле. Знаем о твоих… растущих способностях. О твоих планах.

Откуда, тьма возьми, они знают? Кто-то из моего ближнего круга предатель? Сомов? Нет, он под моим некромантическим контролем. Или они следили за мной с самого начала, с момента перерождения?

— Впечатляющая осведомленность. Чего вы хотите? — нахмурился я.

— Всё просто. Присоединяйся к нам, некромант. Твои уникальные таланты пригодятся в грядущей чистке. Орден ценит профессионалов.

— К чистке? — я прикинулся незнающим, хотя прекрасно помнил карту воронок над городом.

— Не притворяйся глупцом, Пирогов. Ты же видел воронки. Величайший некромантический ритуал за последнее столетие. Скоро, очень скоро этот прогнивший мир будет очищен огнем и тьмой. Слабые умрут, сильные займут подобающее им место. А такие, как ты… могут стать королями нового мира. Представь — целая империя мертвых в твоем распоряжении!

— Заманчиво. Но я пас. У меня свои планы на будущее, и геноцид в них не входит.

— Тогда умри вместе с остальным отребьем!

Он поднял обе руки, и из его ладоней хлынула волна чистой, концентрированной тьмы. Не метафорической — настоящей, физической тьмы, поглощающей свет. Я едва успел схватить Анну под мышки и откатиться в сторону, таща ее безвольное тело за собой.

Там, где мы только что были, брезент растворился, словно его окунули в кислоту. Даже бетон под ним начал дымиться и плавиться.

Слишком сильный для прямого столкновения. В моем текущем состоянии — десять процентов в Сосуде — я не продержусь и минуты в открытом бою. Нужно выигрывать время, искать слабость.

— Ростислав! Эктоплазменный щит, максимальная плотность! — крикнул я.

Призрак взмыл вверх, распластался в воздухе и создал барьер из уплотненной эктоплазмы — субстанции, из которой состоят призраки. Полупрозрачная стена встала между нами и Альтруистом.

Следующая волна тьмы ударилась о барьер, зашипела, как раскаленное железо в воде.