— Я был честен всей душой, — улыбнулся я. — А если не верите, готов на любые проверки.

Главврач задумался. Сомневаюсь, что у них целый склад этих артефактов, чтобы меня проверять… И со своего места он не сможет увидеть, насколько на самом деле черна моя душа.

— Возможно, неисправность артефакта? — раздался самоуверенный голос из толпы; кому-то приспичило вмешаться и принизить мой успех.

Главврач медленно повернул голову в сторону этого человека, и взгляд его стал ледяным.

— Сердце Милосердия никогда не ошибается, — отрезал он. — Но оно лишь измеряет силу желания, а не его природу. Однако мы не можем достоверно знать, откуда у молодого человека такое желание.

Так главврач обозначил свои сомнения в моей честности, и сделал это при всех.

— Как вас зовут? — главврач смотрел на меня с нечитаемым выражением.

В его глазах смешались шок, подозрение и капля профессионального интереса.

— Святослав Пирогов, — холодно ответил я.

— Пирогов… — главврач словно пробовал фамилию на вкус. — Что ж, господин Пирогов. Вы приняты.

Узнавшая меня девушка смотрела с лицом, на котором застыл абсолютный шок.

Её губы беззвучно шевелились, словно она пыталась сопоставить того Святослава, которого знала, — судя по всему, неудачника и пьяницу, — с тем, кто только что чуть не подорвал древний артефакт перегрузкой.

И навряд ли в ближайшее время хоть кто-то из присутствующих поймёт, что случилось.

На лицах присутствующих читались самые разные реакции: от восхищения и шока до зависти и недоумения, — но большинство соглашались с главврачом и сочли мой результат хитростью либо досадной ошибкой.

Не бывает у людей НАСТОЛЬКО чистых намерений — и вся ирония в том, что у меня их и нет.

— Господин Пирогов, займите место среди прошедших первый этап, — велел главврач. — И постарайтесь… — он скривился. — Не разочаровать нас на практической части.

В голосе его прозвучала еле уловимая угроза. Похоже, главврач из тех, кто не любит аномалии и сюрпризы, — а я только что превратился в самую крупную аномалию за всю историю их отбора.

Чувствовалось, что он намерен доказать себе и остальным: я просто обманщик.

Я шёл к месту для прошедших испытание сквозь расступившуюся толпу и ловил на себе десятки взглядов — от восхищённых до откровенно враждебных.

— Это подстава, — услышал я чей-то шёпот. — Наверняка артефакт сломался.

— Да какая подстава, ты свет видел? У меня до сих пор в глазах слепит, — отвечал ему второй.

— Да что вы городите? — шикнул третий. — Он точно подделал результаты.

Я бросил на эту группу суровый взгляд, и они умолкли. Пусть попробуют доказать свои слова — посмотрим, что у них выйдет; кроме слухов, ничего.