Оказалось, действительно не за этим, хотя лекция о правилах поведения воспитанных молодых дворян была прочитана. Длинная и нудная до невозможности, она ожидаемо закончившаяся требованием жениться вот прямо немедленно. Уже полгода этим заканчивались все разговоры, при этом объяснить старику, что общение со знакомыми девицами благородных кровей навевает смертную тоску, было невозможно. Слава Богу, в этот раз нравоучений не последовало, отец перешел к делу.

— Я правильно понимаю, что наше хозяйство достигло потолка? Больше прибыли, чем в этом году нам уже не собрать?

— Увы, отец, — порадовавшись, что беседа перешла в деловое русло, ответил Гастон, — без серьезных вложений развиваться не получится, а где их взять? Вести дела с реформистами Вы сами запретили, а остальные находятся примерно в таком же положении – свободных денег в достаточном количестве занять просто не у кого. С другой стороны, в этом году доход был прекрасный, так что, если дальше будет не хуже, большего и желать нельзя.

— А вот твой брат считает, что если хозяйство не развивается, оно умирает.

Сын удивленно посмотрел на отца – тема покончившего жизнь самоубийством Жана не поднималась в их семье больше двух лет. Почему вдруг… Стоп!!! «Считает»! Отец сказал «считает», он что…

Мысли столь ярко отразились на удивленном лице Гастона, что барон ответил, не дожидаясь вопроса:

— Да, Жан жив. Передал тебе привет и заверения, что никогда не будет претендовать на наследство – именно с этого он просил начать нашу беседу.

Дальнейший разговор больше походил на инструктаж. Юному барону было сказано, что, по сведениям старшего брата, из-за расплодившихся разбойничьих банд в далеком Амьене у купцов застыли без движения серьезные капиталы, которые они без сомнения будут рады вложить в развитие стабильного и надежного хозяйства. Оказывается, отец уже обменялся письмами с главой купеческой гильдии шевалье де Ренардом и теперь надо ехать на север, договариваться и подписывать соглашения, а он уже староват для таких путешествий. Тем более зимой, которая в Амьене сильно отличается от здешней. Так что садись сынок на коня и займись делом, хватит добрых горожан рапирой дырявить.

И уже в конце.

— В Амьене остановишься в таверне «Прекрасная Марта», там тебя найдет Жан. Но не дай Бог хотя бы намекнуть кому, что он жив – всю семью втравишь в такую беду, из которой мы можем и не выбраться. Подробности, какие сочтет нужным, тебе брат расскажет. И еще одно, у этого де Ренарда дочь на выданье… он, конечно, дворянин тот еще, в смысле купивший титул, но ты к ней присмотрись. Сдается мне, что времена, когда магия решала все проблемы, уходят. Так что если чего – я возражать не буду.