У меня в жизни что, наступила чёрная полоса, чтоб её? Нет, дождь — это конечно мелочь. Надо было посмотреть прогноз погоды и взять с собой зонтик.

Но если я заболею и не смогу выйти на работу, и это без лишних денег, то это будет полной жо…

Подъезжающую машину я слышу раньше, чем вижу. Низкий ровный гул отвлекает меня от мыслей о ближайшем будущем, если иммунитет меня подведёт.

Чёрная новая иномарка притормаживает прямо у бордюра. Я начинаю оглядываться по сторонам, ища на пустой остановке кого-то, за кем приехали.

Тем временем стекло медленно опускается, и я вижу на водительском месте Василия.

Я разрываюсь между удивлением и желанием умереть от стыда. Как-то не клеится образ промокшей курицы и той барышни, которая остроумничала в ресторане.

Хоть возьми и отведи взгляд в сторону. Но ведь это будет выглядеть глупо.

— Ольга, садись, — говорит он негромко, но я всё прекрасно слышу, от позора слух обострился.

Не «Подвезти?».

Не «Тебе куда?».

Просто — садись.

Интересно, с девушками такое часто прокатывает? Не то, чтобы я строю из себя нетакусю, которая не умеет считывать статус мужчины.

Всё я понимаю, просто лобная доля у меня более менее развита, да и о Лёшку я обожглась так, что вера в мужчин сдохла и разлагается.

Поэтому я и не спешу прыгать в машину к незнакомцу.

Сижу на месте как приколоченная и… вся капаю. С волос, с кончика носа и подбородка, с подола — да со всего!

Под ногами уже образовалась персональная лужица.

— Я в порядке, — говорю громко, чтобы звуки остального транспорта не заглушили мой голос.

Василий не отвечает и просто смотрит на меня из глубины салона своим нечитаемым, блин, взглядом.

Прикидываю, что автобус будет через двадцать минут. Или, что реалистичнее, через сорок, учитывая склонность общественного транспорта безбожно опаздывать.

— Мне недалеко, — добавляю я и машу ему ладонью, мол, может ехать.

Он отводит взгляд обратно на дорогу, окно закрывается, и… Василий, чёрт его побери, выходит из машины!

Я даже не сразу понимаю, что происходит.

Без спешки, как будто на него в отличие от суетящихся прохожих не капает дождь, он обходит свою машину и приближается ко мне.

— Зря вы, — качаю головой.

— Давай уже перейдём на ты, — осаживает он меня и снимает с широких мышечных плеч пиджак.

Я только успеваю подумать — не надо — но он уже набрасывает его мне на плечи. Причём делает это так уверенно, что я не нахожу в себе сил ничего пикнуть в протест.

Его пиджак тяжёлый и тёплый, накрывает продрогшую меня с головой. Хочется основательно в него завернуться, но пока Василий так пристально на меня смотрит, я не могу пошевелиться.