Я широко распахиваю веки. Вот это наблюдательность у Василия. Обычно мужчины топят за то, что на кухне место только женщинам. А тут…
— И долго ты с ним мучилась?
— Долго, — вздохнув, отпиваю чая.
— И что заставило тебя наконец поставить точку? Его измена?
Я отвечаю не сразу, сначала мне почему-то нужно было покрутить кружку в руках. Как будто это помогло бы мне собраться с мыслями.
— Нет. Точка была задолго до измены. Задолго, — медленно повторяю. — Я сама не заметила, как отдалилась, намеренно ушла в работу, чтобы как можно меньше с ним пересекаться, мы даже перестали спа… сорри, я увлеклась.
И нет, коснувшись этой темы, я не краснею. Ну болтнула лишнего, увлёкшись, что уже.
— И он не спросил тебя, почему ты охладела?
Нет, ну Василий какой-то неправильный мужчина. Что же у него за вопросы такие меткие и чуткие.
— Нет. А зачем ему было пилить сук, на котором прекрасно сиделось?
Понятливо хмыкнув, Василий увлекается разглядыванием то своего чая, то моей крохотной и не сильно новой кухни.
— Я пойду, — говорит он неожиданно. — Пора.
А я ловлю себя на том, что сидела бы так с ним часами. Становится обидно, но я этого не показываю. Не хватало.
— Хорошо, я провожу. Пирожных с собой упаковать? — начинаю суетиться. — Нет, спасибо, — выпрямившись, он занимает ровно половину моей кухни.
— Я провожу.
Быстро накинув на плечи куртку, он бросает на меня последний долгий взгляд, и я понимаю, что с вероятностью в сто процентов мы с ним больше не увидимся никогда.
Он, наверное, жалеет, что пришёл, ведь разговор вышел ни о чём. Так я ещё взяла и личным его нагрузила… Эх.
— Спокойной ночи, Ольга.
Его голос сшибает меня с ног, и я понимаю, что это ненормальная реакция. Но ничего поделать с собой не могу.
— Спокойной, — улыбаюсь, провожая его за порог квартиры. — Спасибо за компанию и пирожные.
— Не за что, — сухо отвечает он и, ещё немного задержавшись на пороге, уходит.
Глава 13. Вот так встреча
Звонок раздаётся в половине восьмого, когда я уже мысленно дома, в тапочках, с чаем и сериалом про хирургов, или трукраймом. Тут уже от настроения зависит.
— Зайцева, бери сумку, собирайся, — говорит главврач нашей клиники Пал Палыч, и по его тону я понимаю, что отдых отменяется.
— Что случилось? — настрой моментально превращается в рабочий.
— Вызов за город. Собака, крупная, живот раздуло, хозяева в панике, их лечащий врач в отпуске. Похоже на заворот. Боятся, что не довезут и песель сдохнет по дороге.
Заворот желудка. Классика жанра, если можно так говорить о состоянии, которое убивает собаку за два-три часа, если ничего не делать.