— Пиджак! — сокрушаюсь я и прислоняюсь лбом к закрытой двери. — Боже… Он же тоже в той проклятой стирке, про которую я забыла! Если Василий спросит, что сказать? «Простите, ваш наверняка дизайнерский пиджак сыреет у меня в машинке»?
Так, ладно, оставить панику. Он скоро вернётся, так что лучше мне потратить несколько минут, чтобы привести квартиру в божеский вид.
И почистить зубы! Не для поцелуев, боже упаси.
Тот инцидент останется в моей памяти самым странным эпизодом в жизни. Незабываемым, да. Но единичным и странным.
Как и сам Василий.
Зачем он мне писал? С одной стороны, рука так и тянется взять телефон и проверить, что там, но с другой — я не хочу собственноручно толкать себя в объятия иллюзий.
Зачем бы он мне ни писал и по какой бы причине ни решил ни с того ни с сего навестить, я буду глупой тридцатитрехлетней женщиной, если дам себе увидеть в этом романтическую подоплеку.
Может, весь его интерес заключается как раз таки в том, что я не ищу отношений, и он об этом знает?
Надеюсь, он не рассчитывает на бесплатный быстрый секс!
Меня очень оскорбляет одна эта мысль, а в груди появляется неприятное чувство, похожее на то, когда я застала Лёшу за изменой.
За этими неприятными мыслями я провожу полчаса и понимаю, что, скорее всего, Василий уже не вернётся. Ему не понравилось, в каком виде я его встретила? Пожалел о спонтанном решении навестить толстозадую незнакомку?
В это трудно поверить, но от этих мыслей мне становится легче. Очень хорошо, если он осознал свою ошибку и больше никогда не появится в моей жизни.
Только вот, когда в дверь стучат, я всё равно чувствую неоправданный прилив радости, потому что догадываюсь, что это он.
— Значит, я была права, — распахиваю дверь, — и тебя правда покорила роковая продавщица.
— Не совсем, — он поднимает в воздух немаленькую такую коробку и вручает её мне. — Там не было выбора, вот я и заехал в другое место.
— Другое место? — перенимаю у него коробку и понимаю, что сейчас подавлюсь собственной слюной. — О господи, где у нас продают такое великолепие?
На меня смотрят тарталетки с фруктами, муссовые пирожные, эклеры с разными начинками, макаруны. Кошмар, и это мне привез человек, который жалуется на пышные женские формы?!
Что-то тут не клеится…
Глава 11. Брачные игры
— Если бы я раньше заметил, что ты простужена, то привез бы не только пирожные.
Ого, это упрек? А заодно и намек, что он бы привез мне лекарств?
Смотрю, как он стягивает со своих широких плеч куртку, и мысленно себя ругаю.
Нельзя пялиться. Это неприлично. Да и не очень приятно ловить себя на том, что Василий как мужчина мне нравится.