Гоче на это накласть с прибором, Гоча свое дело делает и денежку получает. Это вот главное.
Дурь, так-то, покупать всяку-разну ерепень, лежащую с мертвяками. Сам Гоча ваще не доходил — как может алюминивая гнутая проволока стоить, к примеру, под две тыщи. А как-то раз, основной покупатель Фомы, бывает ж такое, за кругляк из того ж алюминия заплатил натуральными червонцами, послереволюционными. Отдал, дурень, аж тридцать кругляшей.
Все радовался — вогульская, вогульская штука. О, вогульская, верно? Гоча, глядя на начавшего спуск Фому перестал думать о ерунде. Какая разница? Главно тут — банк сорвать, вот в этом конкретном кургане. А так Фома прав — как в аптеке работать нужно, иначе завалит полностью могильничек — заколебешься грести потом.
Фома вдруг остановился, поморщившись. Чей-то, а?
— Ну-ка, тяни наверх.
Гоча потянул, стараясь делать осторожно. Ему до Фомы еще далеко, Фома у них мозг, да даже и сила. Гоча на подхвате, понимает, хотя занять место рыжего крепыша совсем не против. Но не время.
— Спустишься за меня. — Фома морщился, растирая бедро осторожными движениями. — Крови не видать?
Точно, порезали тут же Фому недавно, какие-то залетные за станцией. Фома ходил закупаться всяким нужным для похода, а эти, видно, приняли за фраера. Хотели на перо посадить, только Гочин старший тоже не пальцем деланый, успел выхватить ТТ-шник, жахнул одному, второму, добил и пошел себе, как его тут не было. Говорит, все сделал, когда поезда отходили и сигналили, потому никто сразу не всполошился. А им пришлось отсиживаться, ждать, как нога мясом зарастет. И вот те на, разошлось опять.
— Слушай, значит… — Фома сплюнул. — Спускаешься и смотри по сторонам. Тут захоронка должно быть большая, я на карте видел целых три комнатки.
Ого! Гоча даже напрягся, понимая — какое сокровище привалило. Пару раз вскрывали курганы с двумя комнатенками, так потом по три месяца ели от пуза, пили иностранное, да справили одежду с обувкой на загляденье. Понятно, Фома хапнул больше и убрал куда дальше, но Гоче хватило. Жалко, тогда Любку еще не видел ни разу, а как познакомился, так ни разу такой красоты не выпадало. А тут аж три, три комнатенки!
Глупый иль нет, но кое-что Гоча для себя усвоил. Чем сложнее такая вот хреновина, тем больше в ней дорогих цацек. Да и цацка цацке рознь, а тут, скорее всего, и рыжье найдется.
— По сторонам зыркай и иди не прямо, а принимай левее. Попрешься прямо — точно сдохнешь, не дураки делали и железа у них хватало. А тут сухо, не истлело оно полностью. Левее держи, короче. Лампу разожгешь не сразу, нужно, чтобы газ вышел. Пройдешь на ощупь, посошком попробуешь — чо да как. В первой комнате включай.