— Что ж, Родион Романыч, раз хотите усадьбу, то вы ее получите…

И перехватив винтовку он направился назад к машине, которую он оставил глубоко в зарослях. Спать он сегодня не собирался. Пулю, предназначавшуюся Марлинскому, он решил сегодня поберечь.

* * *

Попрыгав по ухабистой грунтовке, мы выехали на трассу и помчались в сторону Шардинска.

— А мы с Германом думали-гадали, а не съели ли вас? — сказала Юлия Константиновна. — Все же попасть внутрь — одно дело, а вот провести там ночь…

Я улыбнулся.

— Две ночи.

— Тем более. Похоже, усадьба вас полностью устраивает?

— Ну она… — задумался я. — Своеобразная. Да и я служанки немного странные. Но на лучшее я и не рассчитывал.

— Хорошо. Значит, едем к Лариным. Как бы не опоздать…

— К Лариным?

Свиридова кивнула.

— К Марьи Юрьевне, у нее и проходит аукцион. Она славная женщина, вам стоит познакомиться. В свое время ее муж поднялся на редких материалов из Резервации. Она тоже заинтересована в поместье, и, возможно, попробует посостязаться за приз…

На ее губах заиграла хитрая улыбка.

— Кажется, весь город хочет Таврино. Вы-то, надеюсь, не мой конкурент?..

— О, нет, мне только нужно выкупить кое-какие вещи, которые к Таврино не имеют никакого отношения. Поместье полностью на вас.

Я выдохнул и тут же поймал на себе взгляд Юлии Константиновны в зеркале заднего вида.

— Но не расслабляйтесь. Даже с большими деньгами на аукционе не мудрено проиграть. Среди организаторов аукциона много людей, отвечающие интересам баронства. Думаю, распорядителем тоже поставят «нужного» человека.

— Разве он сможет мне помешать?

— Конечно. Достаточно в нужный момент крикнуть 'продано", и все — Таврино уходит в другой род. Также не исключен сговор или любая другая подлость. Готовится надо ко все…

Вдруг на дороге словно из воздуха возник ходок. Мы мчались прямо на него.

— Сука, опять⁈ — рыкнула Свиридова, дернув руль.

Сбоку показался еще один, и он бросился прямо нам под колеса. Свиридова закрутила руль в другую сторону. Броневик подпрыгнул и его повело. Мы с Аки шлепнулись на сиденье, а оттуда и скатились на пол.

Лес вокруг закружился — пару секунд нас нещадно мотало из стороны в сторону. Потом по борту пришелся удар.

Бах! — и мы встали.

— Аки? — сказал я, и она открыла глаза. — Жива?

— Угу… Больно…

Но к счастью, кроме шишки на лбу, у нее ничего не было. Геллеру же повезло меньше — он неплохо впечатался головой в стекло. Крови было много.

— Зараза… — зарычал он, осторожно касаясь рукой окровавленного лица. — Юлия, в следующий раз я поведу… Юлия⁈

Свиридова сидела, вжавшись у руль, и не двигалась. Геллер попробовал привести ее в чувства, но все без толку.