На полпути меня поймала Свиридова. Она была бледна, да и Геллер выглядел не лучше. Однако оба крепко держались на ногах.

— Как вы?

— Могло быть и лучше… — дернула она щекой. — Неважно. Главное, как вы?

— Прекрасно.

— Отлично! — и она потащила меня в кусты. — Илья, мне звонил Вернер. Просил передать, чтобы вы торговались до последнего. ШИИР готов доплатить еще!

Ну вот еще одна… Не хватало мне еще стать должником и Лариным, и Вернеру.

— И чего мне это будет стоить?

— Что за вопрос⁈ — и Свиридова невинно захлопала глазами.

— И все же? Долг платежом красен.

Она махнула рукой.

— Ерунда! Просто небольшой процентик, который вы будете перечислять в ШИИР с каждого рейда, да и все.

Метта фыркнула.

— Добро пожаловать в кабалу к ШИИРу, Илья Тимофеевич! А эти две тетки своего не упустят!

Я вздохнул. Поместье поместьем, но влезать в долги мне совсем не хотелось. Нет, справиться с Горбатовым и его ручным распорядителем нужно с минимальными потерями! В крайнем случае расплатимся геометриками Ермака, но это в КРАЙНЕМ случае.

— Не волнуйтесь, Юлия Константиновна, — мягко выпутался я из ее сетей. — Все пройдет как по маслу. У меня есть план.

— Да? Какой⁈

Но я уже шел туда, где собирались участники аукциона — к трибуне, окруженной рядами плетеных кресел. Рядом возвышалась куча всякого антикварного барахла: какие-то картины, вазы, чайники, стулья, несколько ржавых автоматов, пара велосипедов, с десяток скульптур и бюстов разной степени безвкусицы, старые доспехи и оружие, а также пара ящиков алкоголя.

— Вот будет чем Горбатову запить горькую! — прыснула Метта.

Мы с Аки пошли искать себе место. Пришлось немного потолкаться, и, наконец, усевшись в пятом ряду, я поймал на себе взгляд с первого ряда — на меня обернулся сам Горбатов Роман Арнольдович. Блеск его огромных серых глаз навыкате мне совсем не понравился. Таким же взглядом он «наградил» и Ленского, который, позевывая, встал сбоку от сидячих мест.

Еще одну презрительную мину поймала Аки. На нее барон посмотрел как на блохастую псину.

— Вот урод! — хмыкнула Метта с соседнего местечка. — Да и тот второй такой же! Тоже рыжий и тоже рано лысеет!

Рядом с Горбатовым сидел юноша с длинными рыжими волосами и нарождающейся «тонзурой» на темечке. Наверное, этот тип и приезжал вчера к усадьбе. Горбатов-младший посмотрел на Свиридову, и что-то пробурчал себе под нос — который, кстати, был залеплен пластырем.

А затем парень оглянулся нас с Аки, и вот при виде последней он натурально позеленел.

— Ты его знаешь? — шепнул я подруге.

— Немного… — пискнула она, пряча глаза.