Один хельт на десятой руне, второй — хускарл на восьмой. Ни в жизни не поверю, что эти два ублюдка сами сумели меня поймать. Перед тем, как меня вырубили, я чуял хельтов, и те были посильнее.

— Глянь, как зырит. Трэлево дерьмо!

Я едва успел отвернуться, чтоб кулак пришелся на скулу, а не в глаз.

— Мать хотела содрать с него шкуру… — злобно прошипел хускарл.

Он-то и бил меня всё время.

Хельт сидел в сторонке и задумчиво точил какую-то железку. Я прищурился: кажись, это был свинокол.

— Или сделать из него хеймнар и подкинуть под дверь Эрлингу? Освежеванный хеймнар! Логмар, как тебе?

— Успеется, — сказал хельт. — Для начала пусть расскажет, кто из его хирда убивал отца. Имена, прозвания, руны, дары. Всё!

Логмар… Я даже не знал прежде их имен. Логмар означает справедливый. И в этом ему не откажешь. Разве не справедливо отомстить за смерти брата, отца и матери?

— Мы убили всех людей Харальда. Всех до единого! Тебя хотели оставить под конец, но ты сам напросился. Зачем спас его? Зачем взял к себе? Тупая свинья!

Я сжался в ожидании удара, но это не помогло. Боль вспыхнула с той же силой.

— Слышал, у него самого есть дети, — не замолкал хускарл. — Вряд ли в его деревне остался хоть кто-то выше пятой руны. Может, нам навестить их? Приласкать жену, поблагодарить мать за такого сына…

— Ни к чему, — оборвал его Логмар. — Они отца не убивали.

Я обмяк. И впрямь справедливый. Да будут к нему благосклонны боги после его смерти! И где, в Бездну, мои хирдманы? Почему…

Твариный уд! Стаи не было! Я держал ее всё время с того момента, как мы прибыли в Хандельсби. И ведь наловчился не отпускать дар даже во сне, но, видать, удар по голове вышиб его напрочь.

Едва я потянулся к дару, как хускарл вновь обрушился на меня, молотя руками и ногами без разбору.

Никогда…

Никогда прежде…

Даже когда я не получил первой руны…

Когда он остановился, я едва дышал. Ноги превратились в сплошное месиво, один глаз не открывался, рук я толком не чувствовал. Зато… у меня всё еще был мой дар!

Я опустил голову, чтобы кровь изо рта вытекала наружу и не мешала дышать. Стая! Вспыхнули разом огни хирдманов, и я повелел: «Ко мне! Быстро! Все!»

Увидев, где мои хирдманы, я понял, что нахожусь на том же острове, только в стороне от Хандельсби. Скорее всего, Скиррессоны сделали укрытие в горах, может, отыскали пещеру, чтобы притаскивать сюда жертв и вдоволь пытать. Где-то здесь они их и закапывали.

Теперь осталось продержаться до прихода ульверов. Это просто. Я всего лишь должен молчать. Молчать и держать дар. Нельзя вырубаться. Нельзя умирать!