— Кто такие? — спросил Воронцов, ещё не остывший от скачки.

Из строя выехал вахмистр.

— Немедленно доложитесь. Перед вами командир Кавказского корпуса, Его высокопревосходительство князь Воронцов. — Встрял адъютант генерала.

— Командир разведывательного взвода Отдельного пластунского батальона, вахмистр Рыбин. Направлен командиром батальона вслед за вами, чтобы прикрыть в случае чего.

А это, командир милиции князя Баташева, старший урядник князь Баташев. — Азамат коротко поклонился.

— А почему, вахмистр, вы не последовали с нами, преследовать противника? — спросил Воронцов.

— Мы пластуны, разведка, ваше высоко превосходительство. Мы огненным боем сильны, а не сабельной рубкой. Рукопашная только в крайнем случае. — Спокойно ответил Костя.

— Всадники. — сказал Азамат. — К нам скачут.

Подскакал осетинский князь на взмыленном коне, который танцевал на месте хрипя и мотая головой.

— Засада! Погоня, не меньше сотни! — выкрикнул он.

— Всем отходить к месту боя! — скомандовал Воронцов, сам оставаясь на месте.

— А вы, чего стоите? — посмотрел он удивлённо на вахмистра.

— Вы ехайте, ваше превосходительство. Мы прикроем. — спокойно ответил Костя.

— А если их больше? — переспросил Воронцов.

— То наша забота, ваше превосходительство. Ехайте, без вас разберёмся. Приготовиться к отражению атаки. — Костя отвернулся от генерала и стал командовать.

Генерал Воронцов приказал всем двигаться в сторону лагеря пластунской сотни, а сам с десятком драгун и казаков остановился в пятидесяти метрах позади линии пластунов и стал наблюдать за их действиями.

Они спешились и приготовились вести огонь с колена. Показалась первая группа всадников, не больше двух десятков. Боя не случилось. Заметив шеренгу стрелков, они стали замедляться и повернув лошадей поскакали обратно, не пытаясь вступить в бой.

— Вот тебе и вся война. — тихо сказал поручик.

— Трогаем к лагерю, — скомандовал генерал Воронцов.

* * *

Ко мне подошёл довольный Веселов.

— Восемьдесят шесть убитых, трое легко ранены, двоих не смогли спасти. Савва троих потрошит. Один кумык, двое чечены.

— Что, молчат как партизаны? — Спросил я.

— Да нет, чего им запираться. Я толком не расслышал. Савва доложит. Наших пятеро раненых. Одного сильно поранило. Лицо задело. — вздохнул Ерёма.

— Давай, собирай раненых, лечить будем. Аслан, скорую помощь тащи.

Четверым обработал раны, наложил лечебную мазь. Касательное ранение плеча и так по мелочи, а вот у пятого пуля хорошо задела левую скулу и щеку. Рана получилась большая. Пришлось иссекать неровные края и шить. Провозился больше двух часов.