— Что ж, ваше превосходительство, пойдёмте к генералу Мазурову и, если позволите, пригласите, пожалуйста, генерала Зубарева и подполковника Шувалова. За одно доложу об остановке складывающейся на сегодня.
— Хорошо, пойдёмте, Пётр Алексеевич. — Атаман решительно поднялся и двинулся к выходу.
Глава 13
Адъютант Мазурова, не мешкая, пропустил нас в кабинет генерала.
— Здравия желаю, ваше превосходительство! — чётко отрапортовал я. — Прибыл по вашему приказанию.
— Здравствуйте, Пётр Алексеевич, — сухо ответил Мазуров. — Николай Леонидович, я полагаю, проинформировал вас о тех затруднениях, что возникли вследствие ваших самовольных действий?
— Так точно. И в связи с этим прошу пригласить в кабинет генерала Зубарева и подполковника Шувалова. Мои объяснения касаются и их непосредственно.
Мазуров молча кивнул адъютанту. Офицеры прибыли быстро. Поздоровавшись с присутствующими, они вопросительно посмотрели на меня. Я не спеша достал из кожаного тубуса аккуратно свернутый лист — заверенную копию указа, изготовленную для меня в канцелярии Его Величества, — и протянул её Мазурову.
Генерал, надев пенсне, внимательно прочёл документ, его лицо стало непроницаемым. Без слов он передал бумагу атаману. Указ молча, по очереди, изучили все присутствующие.
Воцарилась тишина, нарушаемая лишь шелестом бумаги.
Наконец Мазуров снял пенсне и обвёл взглядом собравшихся.
— Наличие данного указа, подкреплённое именным жетоном, наделяет вас, Пётр Алексеевич, весьма серьёзными полномочиями, — произнёс он весомо. — Надеюсь, вы полностью отдаёте себе отчёт в уровне ответственности, который на вас возложен?
— Господа, — я поднялся с места. — Не стану лукавить: с положением аманатов я столкнулся случайно, во время своей остановки в Синявино. Генерал Ермолов применил институт аманатов, как средство сдерживания и контроля. Он подразумевал, что за нарушения договорённостей горцы будут платить жизнью своего заложника. Но что мы видим теперь?
Я сделал паузу, глядя в глаза собравшимся.
— Их содержат хуже, чем скот. Они голодают, одеты в лохмотья, медленно умирают от болезней. И вы полагаете, что вид этого жалкого существования пугает горцев? Нет! Он оскорбляет и озлобляет их. Этот институт безнадёжно устарел. Он не приносит нам ничего, кроме всеобщей ненависти, усугубляемой нашим же нерадением.
Я выдержал паузу, позволив моим словам прозвучать.
— Я намерен ходатайствовать о полной отмене аманатов и выйду с подробным докладом на имя Его Величества. Пока же вопрос находится на рассмотрении, я собрал заложников у себя. Их обули, одели, лечат и учат русской грамоте и языку. Моя цель — не запугать их, а вовлечь в сферу нашего влияния. Показать, что под скипетром Российской империи жить лучше, чем под властью кого бы то ни было. Я пытаюсь завоевать их умы, а не сломать их дух. Существует много поклонников жестких и решительных мер по отношению к местному населению. В таком случае нужно идти до конца по этому пути.