После того, как я вырастила Нику новую руку, его тело мне практически родное. Даже дотрагиваться не приходится. Волосы послушно распрямляются и сплетаются сами, причём в шикарную сложную косу из четырёх прядей. Упавший на пол шнурок я поднимаю:

— Вы позволите завязать?

Судя по оцепенению, Ник временно лишился дара речи, и я спокойно закрепляю конец косы. Волосы упрямые, но ничуть не жёсткие.

— Спасибо, — очень тихо благодарит Ник.

— Мантия, — напоминает Алан. Когда за Ником закрывается дверь, он смеётся: — Это так мило выглядело. А мне такую же?

— У тебя и так прекрасная коса.

— Ну Ли-ин, — он вытягивает губы трубочкой. — Я знаю могущественное заклинание: пожа-алуйста!

— Тоже мне, архимаг, — тихо ворчу я, приказываю его волосам переплестись заново и отворачиваюсь, чтобы не смотреть на роскошные бело-золотые волны. — Произошло два убийства, а ты дурачишься!

— Знаешь, сколько всего каждый день происходит в Керизе? — вдруг совершенно иным тоном произносит Алан. — Экспериментальные технологии оборачиваются трагедиями, как и безобидные, на первый взгляд, шалости студентов и школьников. Люди под старость пробуют самые нелепые средства омоложения вроде яда угров, безнадёжно влюблённые юнцы решаются на самоубийства. И преступления совершаются чаще, чем ты думаешь, и несчастные случаи тоже никто не отменял. Если бы я периодически не выплёскивал эмоции, то давно поселился бы в Рокрэ́ у твоего учителя. Иногда мне кажется, Лин, что моё мальчишество — отчаянная попытка избежать нервного срыва. Для этого годятся и гонки на вивернах, и дурацкий юмор, и всё что угодно.

Он умолкает. А я вдруг понимаю, что такого Алана вижу впервые. Даже с родителями он привычно отшутился бы. Приход Ника нарушает хрупкую тишину. Без мантии он ещё симпатичнее, стройный, подтянутый, теперь и аккуратно причёсанный. Не видь я цвета аур, легко приняла бы его за очень сильного универсала.

— Правда, я не уверен, что мы застанем Лиару дома, — замечает Ник. — Время рабочее.

— Ничего, по имени и адресу нам отыщут и место её службы, — Алан набирает сообщение. — Строй портал.

На юге Кериза по-летнему тепло. Куор оказывается крошечным городком, утопающим в зелени. Здесь нет ни изгородей, ни заборов — кажется, что небольшие домики рассыпаны посреди парка. Улицы — едва заметные узкие тропинки, если бы не Ник, нужную мы искали бы полдня.

— Как в детстве побывал, — широко улыбается Алан. — Мы в Сеу́фе никогда не обменивались адресами — только координатами.

Пятьдесят седьмой дом приземистый, с крытой террасой. Навстречу нам из плетёного кресла поднимается пожилой стихийник: