Его глаза темнеют. — Просто человек, который всегда получает то, что хочет.
Моё горло сжимается, когда он нависает ближе.
— Не трогай меня, — выдавливаю я слова, даже когда мои руки дрожат.
— Или что?
Дрожь охватывает меня, и я прижимаю сумочку к груди.
— Мой муж…
— Что именно он сделает? — Его улыбка расползается, медленная и жестокая. — Потому что я не вижу его здесь. — Он усмехается, проводя рукой по своим зализанным назад чёрным волосам. — К тому же… — Он поправляет пиджак. — Ты действительно хочешь провести остаток вечера рядом с этим чудовищем, когда могла бы провести его со мной? Ты слишком красива, чтобы быть с таким, как он. Проведи одну ночь со мной, и я покажу тебе, как хорошо это может быть.
— Помогите!
Его ладонь зажимает мне рот, его пальцы впиваются в мою щёку. Паника нарастает. Я со всей силы наступаю ему на ногу. Он стонет от боли, его лицо искажается недовольством.
— Слушай, сука…
Мужчину отрывают от меня, швыряют в стену так, будто он ничего не весит. Я падаю в угол, когда мои ноги подкашиваются, тело неконтролируемо дрожит. Я сворачиваюсь внутрь, обхватывая руками колени, пытаясь выровнять дыхание.
Когда я наконец решаюсь поднять взгляд, Мауро стоит между нами.
Он выглядит как бог, готовый обрушить свой гнев на этого человека. Ярость глубоко горит в его глазах, его кожа становится тёмно-красной, вены вздуваются на шее.
На быстротечный миг его взгляд переключается на меня. Он смягчается ровно настолько, когда его глаза пробегают по мне, проверяя наличие видимых травм. Когда он, кажется, удовлетворён тем, что физически я не пострадала, даже если всё ещё дрожу, что-то снова затвердевает внутри него.
Медленно он поворачивается обратно к мужчине, который теперь сжимает голову у стены.
— Послушай, — начинает мужчина, — это не то, чем кажется. Она попросила меня отвести её сюда и…
Пальцы Мауро обхватывают шею мужчины, с силой прижимая его к стене. Мужчина тщетно пытается убрать руки, царапая их изо всех сил, но не может, когда борется за воздух.
Мауро убирает одну руку и отбрасывает голову мужчины назад, разбивая штукатурку. Кровь сочится из затылка, его веки кажутся слишком тяжёлыми, чтобы оставаться открытыми.
Мауро сверлит мужчину взглядом, жестокая улыбка появляется на его лице. — Моя… жена, — говорит он с яростью. Грубый собственнический тембр его голоса заставляет моё сердце биться чаще.
Я знаю тогда, что он собирается сделать, и немедленно перевожу взгляд на свои колени, когда слышу хруст шеи мужчины, а затем глухой стук его тела на пол рядом со мной.
Жёсткая дрожь охватывает меня с головы до ног.