— А что насчёт тебя?
— Меня?
— Да. Читаешь что-нибудь новое?
— Когда я не читаю?
— Вот это моя Алина, — говорит он с гордостью. — Ты вся в своих родителей.
— Я слышала. Вообще, мне, наверное, стоит съездить сегодня в библиотеку, вернуть книги, пока меня не оштрафовали.
— Я оплачу тебе штраф, — предлагает он.
Я улыбаюсь, прекрасно зная, что никогда не возьму у него ни цента. Не то чтобы у него они были.
— На тебя всегда можно положиться.
— Конечно. Может быть, пока ты там будешь, возьмёшь книгу для твоей мамы. Ей бы понравилось что-нибудь почитать новенькое.
Моё сердце разрывается. — Пап, — мягко говорю я, моё горло начинает гореть. — Мамы больше нет.
— Что ты имеешь в виду, милая?
Мои глаза наполняются слезами, которые я смахиваю морганием.
— Она умерла. Много лет назад. Помнишь?
Ему требуется время, прежде чем он наконец говорит: — Конечно. Да, я помню. Не знаю, о чём я думал.
— Всё в порядке, — тихо говорю я. — Почему бы тебе не отдохнуть сегодня. Может, вздремнуть или посмотреть, есть ли что-нибудь хорошее по телевизору.
— Вздремнуть — хорошая идея. Я отпускаю тебя, милая. Но, Алина?
— Да, пап?
— Я люблю тебя.
Слеза ползёт по моей щеке, но я не делаю попытки её стереть.
— Я люблю тебя.
Он заканчивает звонок, и я опускаю голову на спинку дивана, закрывая глаза.
Каждый раз, когда я слышу его, кажется, что становится только хуже.
Мой телефон вибрирует в руке, и я смотрю на него — новое сообщение.
Неизвестный номер: Тик-так… Время выбирать жениха, или это сделаю я.
Я сглатываю, мои пальцы немедленно начинают дрожать. Моя хватка ослабевает, я позволяю телефону упасть рядом, мои глаза блуждают по пространству в страхе, кто может быть поблизости. Но я в безопасности. Никто не может найти меня здесь. Не в поместье Алари.
Я делаю ровный вдох и провожу предплечьем по лицу. Я сажусь и снова смотрю на стопку одежды с запиской сверху. Я тянусь к маленькому листку бумаги и пробегаю взглядом каждое слово.
«Это для тебя. Если тебе понадобится что-то ещё, просто дай мне знать. Найди меня в тренировочном центре. Нам нужно поговорить. — Мауро»
Я просматриваю стопку одежды и нахожу леггинсы, носки, серый топ для тренировок, фиолетовую пуховую куртку и…
Я поднимаю чёрные трусики и чёрный лифчик в тон между пальцев, жар разливается по моей шее.
Это унизительно.
Пара чёрных кроссовок с всё ещё прикреплёнными ценниками аккуратно стоит на полу рядом с диваном.
Внутренне покачав головой, я собираю вещи в руки и иду искать ванную, где провожу следующие десять минут, приводя себя в порядок. Посмотрев в зеркало, я делаю глубокий вдох.