Я выхожу на кухню, набираю номер Максима.

— Привет, — говорю.

— Привет. Как Аленка?

— Спит. Рвется к тебе.

— Я завтра приеду. Часов в десять.

— Ждем.

— Анна...

— Да?

— Я скучал. По вам обеим.

— Мы тоже.

Молчим. Но это хорошее молчание.

Максим.

Я приезжаю в десять, как обещал. Аленка встречает меня на пороге, прыгает, обнимает, тянет в комнату показывать новые рисунки.

— Дядя Максим, смотри! Я нарисовала единорога в космосе!

— Здорово! — я рассматриваю рисунок. — А почему единорог в космосе?

— Потому что он волшебный. Он может летать.

— Тогда ему нужен скафандр.

— Нет, единорогам не нужен скафандр. Они дышат звездами.

— Мудро, — говорю. — Я не знал.

Анна стоит в дверях, улыбается. Подходит, целует меня в щеку.

— Кофе будешь?

— Буду.

Мы идем на кухню. Аленка бежит за нами, несет свой рисунок.

— Дядя Максим, ты обещал научить меня фотографировать.

— Обещал. Пойдем сегодня в парк, я покажу.

— Ура!

Анна наливает кофе, садится напротив. Смотрит на нас.

— Вы похожи, — говорит.

— Кто? — спрашиваю.

— Ты и Аленка. Когда смотрите на что-то интересное. У вас одинаковое выражение лица.

— Я похожа на дядю Максима? — Аленка удивлена.

— Немного, — смеется Анна. — Глаза одинаково блестят.

Я смотрю на девочку. Маленькую, светловолосую, с веснушками на носу. Не мою кровь. Но мою — по духу.

— Пойдем, — говорю. — Я покажу тебе свой фотоаппарат.

Анна.

Мы идем в парк. Максим несет фотоаппарат, Аленка прыгает вокруг, задает тысячу вопросов. Я иду чуть позади, смотрю на них.

Он садится на корточки, показывает, как держать камеру, как нажимать на кнопку, как смотреть в видоискатель. Аленка слушает, открыв рот. Потом делает первый снимок.

— Получилось? — кричит.

— Получилось, — он смотрит на экран. — Ты прирожденный фотограф.

— Правда?

— Честное слово.

Она счастлива. Я тоже.

Мы гуляем до обеда. Аленка фотографирует все — уток, деревья, голубей, меня и Максима. Он учит ее ловить свет, искать интересный ракурс, не бояться экспериментировать.

— А можно я тебя сфотографирую? — спрашивает Аленка.

— Можно, — он встает в позу.

— Нет, стой как стоишь. Не делай специальное лицо.

— А какое лицо делать?

— Обычное. Как всегда.

Он улыбается. Она щелкает.

— Теперь маму.

Я встаю, смотрим в объектив. Максим подходит ближе, встает рядом.

— Нас двоих, — говорит.

— Третьим будет дядя Максим. Мы же семья.

Я замираю. Смотрю на Максима. Он смотрит на меня.

— Семья, — повторяет тихо.

Аленка щелкает.

— Есть! — кричит. — Смотрите, какая красивая фотография!

Мы подходим, смотрим на экран. Я и Максим, его рука на моем плече, моя голова чуть наклонена к нему. Улыбаемся. Настоящие. Счастливые.