— Можно вопрос, генерал? — подал голос Дубар.
Дома остались за спиной, и они вновь оказались в заснеженном лесу. Под ногами хрустел снег, трещали под тяжестью белых покровов спящие деревья. Слегка звенели редкие сосульки.
— Можно, великан.
Юноше явно польстило такое сравнение. Хаджар был в боевом настроении и потому щедр на комплименты. Особенно когда они ему ничего не стоили.
— У женщины с огненными волосами, у нее…
Хаджар едва не поперхнулся. Он вовремя сообразил, что одна из причин, почему селяне их так разглядывали — волосы Лиан. Горяне, как один, были смуглыми и с черными как смоль волосами. Рыжий цвет, веснушки и бледная кожа были для них чем-то экзотическим.
Для Лидуса же этакой раскрас являлся одним из самых распространенных.
— Есть имя, — внешне Хаджар сохранял ледяное спокойствие, а внутри притаился, будто готовый к прыжку кот, — Лиан. Для тебя, великан — офицер Лиан.
Дубар кивнул и замолчал ненадолго. Видимо, собирался с духом.
Хаджар же в этот момент раздумывал над весьма нетривиальным вопросом. Стал бы богатырь расспрашивать о женщине, если бы знал, что в деревне притаился убийца Черных Врат? Или он именно поэтому и расспрашивал, что знал. А может, отец просто не поставил сына в известность о своих планах. Если у него они вообще были, эти планы.
Проклятье!
Хаджар никогда не был силен в интригах. Да и не нравились они ему.
У него для подобных тонкостей всегда был под рукой командир разведчиков. Вот уж кто способен распутать даже самый хитроумный клубок заговоров и интриг.
— У нее есть, ну… муж?
— Муж в плане мужчины, или в браке ли она?
Дубар слегка удивился, а потом несколько осуждающе засопел.
— Я слышал, что в Долине нравы легкие, но не настолько же.
— А у вас девушки действительно до брака — ни-ни?
Дубар нахохлился, как воробей перед дождем.
— Боги запрещают! Достойные муж и дева не спят вместе, до тех пор пока их союз не будет скреплен небесами и землей.
Хаджар едва сдержал смешок. Если бы здесь был Неро, то он явно в открытую сказал, куда и как послать богов, попробовавших запретить ему возлечь с кем-либо до брака. И надо заметить, Хаджар бы полностью поддержал друга в данном высказывании.
Еще не хватало, чтобы выдуманные правила столь же выдуманных дядек и тетек что-то там ему запрещали. У него в руке был меч, а в груди билось горячее сердце. Он сам себе бог и сам себе король. Ему не требовались ничьи разрешения, чтобы управлять своей жизнью.
— Нет, великан. Свободна она. Во всех смыслах этого сл…
Договорить Хаджар так и не смог, потому как в следующий момент уже сомневался в том, что богов действительноне существует. Ибо женщину, которую он увидел, иначе, кроме какбогиней, назвать было трудно.