— Вы думаете, все же ловушка?
Хаджар промолчал, прислушиваясь к внутреннему чутью.
Тишина.
— Вряд ли, но старейшина мне не нравится. Может, хочет на двух стульях сразу усидеть.
— В каком плане? — спросил Гэлион, вытирающий пальцы о стены.
— Он действительно верит в нашествие орды монстров, но это не значит, что он не захочет выслужиться перед сектой. Так что здесь вполне могут оказаться несколько убийц из Черных Врат или клана Топора.
Командиры синхронно выругались. Но сделали они это достаточно тихо, чтобы их не услышали служанки, орудующие у столов.
— Может, нам тогда с вами отправиться?
— Сельская ведьма и мужики с дрынами? — улыбнулся Хаджар. — Думаю, я смогу с ними справиться, Лиан.
Отдав распоряжения, Хаджар кивком головы попрощался с Дарием и отправился к выходу. Получив у охранников свой меч обратно, он заметил, как один из сторожей прячет за спиной окровавленную ладонь. Действительно — совсем не воины.
Только идиот станет обнажать чужой меч. Если ты был недостаточно силен, то тебя могло сильно ранить. Воину повезло, что Лунным Стеблем Хаджар владел недостаточно долго, чтобы артефакт успел пропитаться его силой. В ином случае любопытный селянин мог лишиться кисти, если не всей руки.
Ощутив некую целостность, когда меч тяжело опустился на бедро, Хаджар вышел следом за Дубаром.
В легкие тут же ворвался морозный утренний воздух. Дышалось, несмотря на холод, легко и приятно. Некоторое время они шли молча, все дальше удаляясь от поселка. В этом плане, видимо, все стереотипы работали просто безотказно.
Сельские ведьмы, неважно — из поселков или деревень, никогда не селились рядом с людьми. Не то чтобы на них тут же выдвинулись с вилами и факелами. Тем более учитывая, что их воспринимали как нечто само собой разумеющееся. Никого же не удивляли практикующие, способные бегать быстрее молодого жеребца и голыми руками забороть медведя.
С другой же стороны, ведьмы — не совсем практикующие. Взять хотя бы ту же Серу. Ее искусство до сих пор не мог понять и осознать. Сама пустынная жительница его учить отказывалась, ссылаясь на принесенные кровью клятвы.
И если Серу донимал расспросами один лишь Хаджар (ну, может, Неро иногда), то сколько сельских девушек и юношей будут обращаться с такой просьбой к местной ведьме? Вот и селились заклинательницы и по совместительству знахарки и ученые как можно дальше от суеты.
Сакральные знания оттого и сакральные, что внушают трепет, уважение и желание их постичь. И какое же искусство будет оставаться сакральным, если каждый второй сможет добраться до ведьмы и попросить у нее знаний?