Всего в делегации присутствовало девять человек. В том числе и какой-то напыщенный юноша. В белой броне и таком же белом плаще, он все сетовал на то, что местная грязь испачкает его одеяние.
Выглядело это смешно и стыдно одновременно. Причем за неуместного здесь юношу стыдно отчего-то было именно Хаджару.
— Офицер, — вышел вперед глава делегации. Очередной старикашка чиновник, с большим количеством золота на теле и парчи в одежде. Опять же, продай это все — и вот уже армия обеспечена порохом.
— Хаджар. Меня зовут Хаджар.
— Вот так просто? — фыркнул юноша в белом.
Никто из делегации его не одернул и не сделал замечания. Чего уж там — стерва и толстячок лебезили перед юношей так, словно это был сам наследный принц.
— Меня зовут граф Арие Нор, — представился старикан. — Я являюсь уполномоченным представителем генералитета. Его волеизъявителем.
— Приветствую вас, граф, — вежливо ответил Хаджар.
Граф наклонил голову и посмотрел за спину Хаджару. Он увидел несколько сотен тысяч воинов в броне и при оружии, выглядящих так, будто они собирались сражаться с многочисленным противником.
— Отзовите воинов, офицер, — приказным тоном произнес граф.
Хаджар внутренне собрался. Чтобы какой-то чиновничий пес ему приказывал? Хаджар не был святым человеком. Ему был известен такой грех, как гордыня. Но дело даже не в ней.
Он бы подчинился, чувствуй он в собеседнике силу и честь. От Арина же исходили лишь жадность и властолюбие.
— Воины! — прогремел генеральский рык.
Сотни тысяч солдат тут же ударили кулаками в грудь.
— Продолжаем отработку военного построения!
И тут же за спиной Хаджара выросла ощерившаяся копьями стена из щитов. Послышались скрип луков и ржание лошадей.
— Что ты себе позволяешь, смерд⁈ — взвизгнул юноша в белом.
— Утихомирьте своего пса, граф.
— Что-о-о-о, да я…
И юноша, как некогда стоявший рядом (нынче безумно бледный) толстяк-дознаватель, рухнул в грязь. Вот только на этот раз Хаджару даже не пришлось смотреть в его сторону. Он лишь опустил ладонь на рукоять меча. Одного этого хватило, чтобы у всей делегации перехватило дыхание. Они буквально всем телом почувствовали, как к их горлу приложил косу дух смерти.
Перед собой они видели не человека, а готового к прыжку опасного зверя.
Зря они насмехались над песнями о «медвежьем» генерале, которые слышали по дороге в это богами забытое захолустье.
— Кажется, я приказал вам распустить солдат, — пытаясь сохранить спокойствие, напомнил граф, — а мой приказ — это приказ генералитета!
— И я бы с радостью его выполнил, господин чиновник, но армия отрабатывает построение. Она начала это до вашего приезда и продолжит после.