А я стоял над ним, тяжело дыша, и чувствовал, как адреналин постепенно отступает, оставляя за собой тупую усталость. Руки слегка дрожали, то ли от напряжения или от остаточного жара ощущавшегося на коже.

Получилось. Чёрт возьми, получилось.

Честно говоря, в какой-то момент я сам не был уверен, что выберусь из этой передряги. Когда этот огненный психопат начал швырять в меня файерболлами как ошалелый, мне оставалось только петлять между камнями и надеяться, что он выдохнется раньше, чем я окажусь в тупике.

Откуда только у него столько духовной энергии было? Хотя… двадцать две звезды таланта плюс богатенькие родители, которые наверняка пичкали его местными лекарствами и эликсирами с пелёнок. При таких вводных запас энергии у него и правда должен быть просто огромным.

Но всё равно повезло.

Когда он загнал меня к дереву и собрался выпустить свою финальную атаку я уже мысленно попрощался со своей румяной тушкой. А потом вспомнил про Эффект Лейденфроста.

Физическое явление, про которое знает любой повар. Если температура поверхности очень высока, жидкость мгновенно закипает, создавая тонкую паровую подушку. Этот пар обладает низкой теплопроводностью и на короткое время изолирует от прямого контакта с источником жара.

На кухне я видел этот эффект тысячи раз. Капля воды на раскалённой сковороде не испаряется мгновенно, а танцует на её поверхности, защищённая собственным паром.

Сниперсы были хоть и не водой, но их сок достаточно жидкий для создания этого эффекта. В добавок я применил на нём технику Духовного Насыщения для связывания внутренней энергией структуры сока, что бы он был более устойчивым. В итоге получилась своеобразная защитная плёнка, которой хватило, что бы я смог прорваться сквозь пламя.

Обошлось покрасневшей кожей и дымящимися волосами. А могло быть намного хуже.

Я наклонился и снял с пояса Кая его сумку. Тяжёлая, внутри шевелились недовольные своей участью Сниперсы.

Быстро пересчитал. Двенадцать плюс мои восемнадцать, и в сумме выходит тридцать штук. А неплохой улов получился.

Это что получается, кроме Амелии никто не смог вынести из озера рыбок и все пали жертвой собственной жадности? Печально… Хотя нет, это их проблемы.

Перекинув сумку через плечо, я выпрямился и глубоко вздохнул. Сегодняшних приключений хватило с лихвой — пора уходить.

Но стоило мне собраться идти к границе, как взгляд зацепился за нечто необычное.

На стволе Персикового Древа темнело обугленное пятно, след от финальной атаки Кая.

Я нахмурился и подошёл ближе.

На древесине виднелась настоящая рана. Обугленная кора обнажала светлую древесину, а почерневшие края всё ещё тлели, поднимая вверх тонкий дымок.