для пересохших губ. В настоящее время церковь стремится отделиться от государства. Можно сказать, что она свою задачу выполнила. Пусть мёртвые хоронят своих мертвецов! История от этого будет выглядеть по‑другому. Май 1993 Группа сюрреалистов Стокгольма: Осе Берг, Кайса Берг, Йоханнес Бергмарк, Карл-Михаэль Эденборг, Бруно Якобс, Х. Кристиан Вернер и их друзья Гудрун Альберг, Маттиас Форсхаге, Ильмар Лаабан, Тони Пьюзи Максвелл-стрит навсегда! Если бы вы оказались вынуждены жить в пустыне, как бы вы отнеслись к узкой привилегированной клике, которая задумала, руководствуясь исключительно злобой и корыстью, уничтожить ближайший оазис? Именно так сейчас обстоят дела на знаменитой чикагской улице Максвелл-стрит. Этот прославленный рынок под открытым небом со столетней историей скоро собирается уничтожить опасная шайка – администрация находящегося неподалёку Университета Иллинойса, заседающая в Круглом Кампусе. Её пособник в этом деле – организация, являющаяся практически синонимом ошибок, которые она совершает, – Городской совет Чикаго. Максвелл-стрит и есть оазис, оазис свободы и наслаждения в пустыне скуки и нищеты, – это одна из тех простых и общепризнанных истин, которую мы даже не ставим под сомнение. В обществе, которое становится всё более тоталитарным и в котором полицейщина проникает во все уголки, где царит жизнь, Максвелл-стрит остаётся своего рода свободной территорией : люди там могут устанавливать личные контакты между собой как таковые, а не как жертвы, рабы, доносчики, шпионы и те, кто отдаёт приказы и кто им подчиняется. Нет другого места в Чикаго, кроме чудесным образом свободного района, известного всему миру как Максвелл-стрит, где многочисленные расовые и этнические группы, живущие в городе, общались бы между собой легко, на равных и чувствовали бы себя так привольно. Это отмечают и международные наблюдатели: они прославляют это место и называют его уникальным в Соединённых Штатах [20] . Разумеется, нет ничего даже отдалённо на него похожего ни в Чикаго, ни в его окрестностях. Для многих из нас это самое интересное место во всём городе. Удачно избежавшая реакционной школы урбанизма, придуманной самодовольным жуликом Даниэлом Бёрнхемом и думающей только о контроле над толпами, Максвелл-стрит является едва ли не противоположностью того, что называют «торговой улицей». Дисциплина, порядок, аккуратность, пунктуальность, подчинение, иерархия – всем этим буржуазным и авторитарным предрассудкам мало места там, где дни отмечены музыкой, танцами,