отныне это – дело поэзии действия ничуть не в меньшей степени, чем борьбы социальной и даже экономической. Вокруг нас кишат разного рода персонажи, заполучившие право на «часы досуга» 7 , но утратившие секрет самых простых удовольствий, а за неимением оных им просто не по плечу заново изобрести те услады, которых лишила человека современная жизнь. Кроме сюрреалистов такое положение вещей никого не волнует, и они одни способны предложить из него выход – нужно лишь «снова зарядить жизнь страстью», как предлагал Андре Бретон в «Чёрном свете» 8 . Мы единогласно заявляем о поддержке целей, средств и взглядов, подтверждённых или сформулированных во время или после войны Андре Бретоном в интервью журналу “View” (Нью-Йорк), «Пролегоменах к третьему манифесту сюрреализма, или Нет» и «Положении сюрреализма между двумя войнами», а также Бенжаменом Пере в «Бесчестье поэтов». Мы с воодушевлением приветствуем непреклонность и преемственность действия двух наших замечательных товарищей. Собравшись впервые после окончания войны 1939–1945 годов, присутствующие члены английской сюрреалистической группы подписываются под всем вышесказанным. 1947 Джон Бэнтинг, Роберт Бакстер, Эмми Бриджуотер, Ф. Дж. Браун, Ж. Б. Брюньюс, Фейяз Фергар, Конрой Мэддокс, Джордж Мелли, Роберт Мелвилл, Э.Л.Т. Месенс, Роланд Пенроуз, Эдит Риммингтон, Филип Сэнсом, Саймон Уотсон Тэйлор (В то время как…) «Я посеял драконов, но собрал лишь вшей» Карл Маркс 1 В то время как ход событий упрочивает разделение земного шара на два непримиримых фронта, какова должна быть наша позиция по отношению к учению марксизма, претворение которого в жизнь есть заявленная цель одного из двух этих противостоящих блоков? Наша позиция по отношению к марксизму – обратное отражение той, что силы марксизма заняли по отношению к личности, свободе и в целом деятельности, связанной с литературным и художественным творчеством. В период развития, который исторически можно было бы счесть этапом борьбы за власть, марксисты по всем этим вопросам проводят политику систематического оппортунизма, который после захвата власти меняет и своё обличье, и цели, приобретая открыто террористический характер. Действительно, в ходе тяжёлого периода борьбы за обеспечение своей гегемонии на первый план для сил марксизма выходит объединение под их знамёнами всех прогрессивных элементов: самых бесстрашных умов, самых ярких интеллектуалов, писателей. На них оказывается направлена самая коварная пропаганда и самая невообразимая диссимуляция, их последовательно