Бессы охватили вражеский лагерь полукругом и замерли с поднятыми ромфеями. Я перешел к ближнему ложу из веток и сухой травы, где спали в рядок человек десять. Резать их ножами долго, нудно и муторно. Если бы бессы помогли мне, то можно было бы вырезать этот отряд по-тихому, но они то ли побрезговали, то ли по какой-то другой, неизвестной мне причине отказались. Что ж, будет убивать с шумом. Я коротко замахнулся саблей и рубанул ближнего иллирийца по голове. Он вскрикнул громко, но соседи его проснулись лишь после того, как пятый зарычал по-медвежьи и так громко, что разбудил пол-лагеря.
К тому времени бессы уже орудовали ромфеями, отсекая одним ударом голову или располовинивая туловище. Трудились молча, соблюдая мой наказ. Может, кто-то и нарушал изредка, но его крик тонул в воплях иллирийцев, которые в ужасе разбегались в разные стороны. Оно и понятно. Спишь себе, путешествуешь в сладком сне — и вдруг просыпаешься от криков и видишь, что на тебя беззвучно движется что-то черное, посеребренное рассеянным лунным светом и с окровавленной ромфеей в двух руках и рассекает твоих соседей на куски. Или думаешь, что это все еще кошмарный сон, но ноги твои, слава богам, не ватные, как это бывает обычно во сне, а движутся быстро, унося подальше от этого ужаса.
Не знаю, сколько иллирийцев порубили мы. Может, сотен пять, может семь или все десять. Считать было некогда. Мои воины быстро собрали оружие, доспехи и все, что попадалось в темноте под руки. Самой важной добычей была отара овец, запертая в загоне из жердей в верхней части поляны. Сколько там было изначально овец и баранов, сказать трудно, но до своего лагеря мы довели голов двести. Самых крупных баранов оставили себе. Трех я отправил в подарок Эригию. Остальных быстро и дешево продал Стесимброту, потому что их могли запросто конфисковать на нужды армии. Пусть маркитант рискует, разбирается с македонскими командирами, которые захотят потрясти его. Впрочем, Стесимброт тоже правильно оценил ситуацию и быстро распродал баранов малыми партиями своим коллегам, а те так же быстро — в розницу обеспеченным покупателям. В итоге свежее мясо дошло до армии, но не бесплатно.
Остальную добычу мои воины поделили между собой. Мне в подарок преподнесли кинжал из сварного булата в деревянных ножнах с серебряными скрепами и наконечником. Я отдал кинжал Ане. Им и мясо можно порезать, и воткнуть в пузо слишком озабоченным самцам из других отрядов, которые постоянно вертелись возле нее. В армейском обозе было много проституток, которых на греческий манер называли гетерами, но не у всех остались деньги на плотские удовольствия. В первую очередь предпочитали покупать еду, которой с каждым днем становилось всё меньше.