— Слезай с коня, снимай доспехи и проходи вперед. Подожди там в тенёчке попутчиков, чтобы не скучно было идти в Минд, — приказал я.
Начиная с Милета, Александр Македонский стал забирать себе почти всю добычу. Рабов-мужчин — в обязательном порядке. Отправляет их на осадные работы. Так что смысла вести пленных в лагерь, чтобы отдать бесплатно, не было. Как и арбы и мулов, которых сразу конфискуют на нужды армии. Бессы обыскивают людей и поклажу, забирают деньги, драгоценности, оружие, доспехи и продукты.
— Почему поехали по суше? — спросил я носатого пучеглазого толстяка, отца пятерых девочек, что сейчас считается насмешкой богов. — По морю безопасней было бы.
— Финикийцы заломили неподъемную цену за перевозку! У меня большая семья — откуда я возьму столько?! Пусть Посейдон покарает этих проклятых грабителей! — проголосил толстяк, размахивая руками.
Мне трудно не согласиться с тем, что финикийцы — проклятые грабители, что лучше отдать деньга нам, чем им.
Всех детей и несколько мужчин — семерых охранников и девятерых отцов семейств — отпустили сразу. Остальных пленников и обоз ведем дальше по дороге к деревне, из которой жители ушли в горы или в город. Там мы будем ждать до вечера выкуп за пленников и транспорт с не заинтересовавшим нас барахлом.
— За всё двести пятьдесят пять мин серебром или эквивалент золотом, — напутствовал я отпущенных.
На каждого воина выйдет по сто драхм, Битюсу — три сотни и мне — чуть больше десятой части выкупа.
— Если увидим, что ведете воинов, перебьем заложников и скот, — предупредил я.
Охранники бы, конечно, рискнули, потому что жаль потерять коня, доспехи и оружие, им пофиг судьба заложников и каравана, но отцы семейств вряд ли поступят необдуманно.
Я отрядил десять бессов отконвоировать освобожденных почти до Минда, а потом сопроводить тех, кто повезет выкуп. Времена сейчас лихие. Грабитель у грабителя запросто дубину отберет.
Мы прождали почти до вечерних сумерек. Выкуп привез пучеглазый толстяк в сопровождении пяти воинов из Минда. Серебряные монеты сложили в старый кожаный бурдюк. Были они из разных городов. Нумизмат из двадцать первого века умер бы от счастья, завладев таким кладом. Золотые монеты привезли в кошеле. Это были персидские дарики. Говорят, что название монета получила в честь царя Дария, который изображен на аверсе в виде коленопреклонённого лучника. Из-за этого монету еще называют лучником. Надписей нет. На реверсе выбит прямоугольник — видимо, след от удара при чеканке. Весили дарики столько же, как и македонские статеры, но примесей в них было меньше, поэтому ценились дороже. В персидском таланте было три тысячи дариков.