– Он мне не любимый!!!

– Ладно! Твой почти не любимый Кабан по-другому не понимает, я проверял. Он как пыль в ковре: не постукаешь как следует метлой – не свалит. А руку ему скрутил потому, что так Кабан сам предпочитает с людьми вопросы решать. Многие ребята на районе жаловались, как Степанченко и двое его старших дебильноватых братков обожали раньше конечности поперёк выкручивать. Вот я и решил при близком общении его же метод на нём применить. А что?.. Ему ведь нравится!

Люба таращилась на собеседника и поражалась крепости его нрава.

– Степанченко ведь мог и в ответ стукнуть, наверное…

– «Наверное» или «мог»?

– Ты, думаю, сильнее…

– Сильнее – слабее! Не в этом суть. Я не собирался с ним в школу ходить безо всяких разговоров и уступок – и на попятную бы не пошёл. Нахрен он нужен?! Ты ему сказала, что ходишь со мной, он не поверил – значит, тупой и к тому же глухой на ухо. Как видишь, без тумаков – никак! Мы к котлованам подошли…

– Тут одни камыши, – усомнилась Поспелова, разглядывая стену из болотного растения.

– Так они за камышами, в низине, глупая! Иди за мной аккуратно. Лазить по берегам не будем. Дожди неделю моросили, земля размякла. Можем в котлован провалиться, а там глубоко! За скользкий обрывистый глиняный берег хрен уцепишься – не выплывем.

Сэро обошёл по кругу камышовые заросли, взобрался на небольшой крутой холм, затем помог подняться позади шедшей девочке. Перед Любой открылся замечательный вид: на огромном участке, отделённые полосами земли шириной в пять-семь метров, расположились пять небольших искусственно созданных озёр разного диаметра. Ветер рябил водную гладь, плавали стаи домашней птицы, у берегов буйно разрослись камыши и осока.

– Сюда часто перелётные косяки осенью перекантоваться спускаются. Охотники их стреляют из камышей, – заговорил юноша. – Вырыли, говорят, котлованы, чтобы вода спускалась и не заболачивала местность – тут низина. Мне в это слабо верится! Скорее всего, глину добывали, вот ямы и остались, водой с низины заполнились. Летом здесь местные толпами купаются: глубоко, широко!

– Говорят, в них немало людей потонуло, – заметила десятиклассница.

– Это правда. Действительно много, – согласился ровесник. – И всё равно народ сюда плавать валит, смерти не боится! Ещё два котлована, кроме этих пяти, там, в глубине, за вон теми домами! Они маленькие, но тоже глубокие. Всего семь искусственных озёр, получается.

– Где-то поблизости мой одноклассник должен жить.

– Сысоев? Да вон его чулан! Мы как раз мимо пройдём. Спускаемся, покажу!

Низенький неприметный дом Матвея Любу не впечатлил. Давно не крашенные забор и рамы окон страдальчески глядели на прохожих облезшим деревом. Перекрученные посеревшие занавески ещё больше добавляли неухоженному жилищу уныния.