Дома Татка, как старшая сестра, на разборе ситуации за семейным ужином всю вину за «похищенную» и съеденную клубнику взяла на себя.

Прикрывая меня, она рассказала всё как есть, за исключением Надькиного гадкого поступка и слов её мамаши о «сусалах».

Родители поначалу никак на рассказ не отреагировали и ничего не сказали.

Мама с укоризной посмотрела на отца — он был идейным вдохновителем нашей с Таткой поездки в деревню. Но он как всегда самоустранился.

Тогда она встала из-за стола, ушла с телефоном на длинной проводе в зал, прикрыла за собой дверь.

Судя по её голосу и обрывкам фраз, она заказала междугородний телефонный звонок, в глаза сказала всё, что она о них думает, припомнила и утюг, и гостинцы, и так наставляла нашим деревенским родственникам за жадность, эксплуатацию, условия жизни, что те вообще пожалели о том, что родились на белый свет.

Вот так Татка прикрывала, помогала и заботилась обо мне.

Так продолжалось класса до третьего, максимум до четвёртого, а потом я подрос и сам стал заботиться о ней.

Мы уже перестали играть в детские игры, у каждого появились новые интересы и увлечения.

Татка занималась спортом, успев перепробовать гимнастику, плавание, настольный теннис и волейбол. Я всё больше погружался в мир автомобилей.

К тому времени она подросла, и её фигура уже по-женски оформилась. Её детские смешные конопушки на лице куда-то исчезли, можно сказать, что она стала видной девицей.

Я стал замечать мёдовые взгляды пацанов постарше и уже знал, что означают якобы «безобидные» хватания за руки и попытки пообниматься.

Я никому не позволял прикасаться к ней, и она всегда чувствовала мою защиту в этом вопросе.

Однажды один такой навязчивый ухажёр-семиклассник, схвативший её как бы «в шутку» за руку, отпихнул меня и грубо предложил мне проваливать, когда я потребовал немедленно отпустить сестру.

Недолго думая, я схватил лежащий поодаль камень и шарахнул семиклассника по голове. На месте удара появились капельки крови.

Увидев собственную кровь, тот отпустил руку Татки и немедленно ретировался, обозвав меня настоящим психом, рассыпая проклятия и ругательства. Он проживал в соседнем подъезде.

Я думал, что мне как минимум предстоят разбор полётов с родителями этого чувака, его папаша был какой-то важной шишкой, и за ним приезжал персональный водитель на «Волге».

А как максимум, придётся драться и получать тумаков от его друзей. Но к моему удивлению ничего не произошло.

После недельного ожидания я случайно встретил его на улице, он нахмурился, отвернулся и прошёл мимо, ничего не сказав.