шарф народа

Дебют знаменитого шарфа в полоску, цветов флага Джидады и потому получившего название Шарф Народа, состоялся несколько недель назад и покорил всю Джидаду. Всей стране будто больше не о чем было говорить — ни в жизни, ни в интернете. Что означает шарф? Почему Спаситель его носит, почему именно сейчас, а не раньше? Что пытается этим сказать? Почему никогда его не снимает, даже в жару? Толукути никто не ведал.

— Этот шарф, начальник, дарует защиту, но при этом его можно носить всегда и не привлекать внимания, ведь открытый талисман куда сильнее. А кроме защиты, шарф может чувствовать. Если возникнет дурная энергия, он ее заметит. Если возникнет опасность, он узнает. Если все хорошо, о том он и скажет. Просто слушайте его, начальник, и все поймете, и с каждым днем будете лучше расшифровывать его послания — но, конечно, и это далеко не все, что может шарф, — говорил Джолиджо, когда подносил Спасителю талисман.

Туви, вовсю готовившийся к своей первой международной поездке в качестве действующего президента Джидады, вернулся домой после долгого дня экстренных встреч и встретил колдуна, сидевшего, как обычно, в тяжелом облаке дыма с трубкой, свисающей из уголка рта.

— Хочешь сказать, такое может какая-то шерстяная тряпка, товарищ Джолиджо? — спросил Туви, с недоверием разглядывая шарф.

Тот закивал.

— Все, что я описал в двух словах, начальник. И второе: носить этот шарф — еще и большая ответственность. Его не может коснуться ни одно животное, кроме вас, — и в том числе ваша жена, любовницы и самки в целом, — иначе мути лишится силы, а это, как, уверен, вы уже знаете по себе, неприятно. И самое главное: ни за что — и я подчеркиваю, ни при каких обстоятельствах, начальник, — не ступайте без шарфа за порог. Это нельзя недооценивать. И точно так же без него нельзя спать. Считайте его частью вашей шкуры, доспехами, которые нужно носить всегда. И сколько он будет с вами, ничего, повторяю, ничего с вами не случится[54] .

гукурахунди: совершенно определенно, ни в коем случае не момент безумия

Теперь Тувий разгладил шарф, потянулся за стаканом виски и осушил его. Слуга тут же налил еще.

— Жаль, что сегодня некоторые звери, включая тех, кто должен понимать, сводят это важное и определяющее время к бессмысленной оргии насилия, всего лишь «моменту безумия», как его называли даже некоторые, о ком мы не скажем, но вы их знаете[55] . Будто мы были не в себе, будто мы не знали, что творим! Я вам прямо скажу: нет ничего дальше от истины, а истина в том, что мы собрались, мы размышляли, мы просчитывали, мы планировали, мы организовывали, и мы тщательно провели кампанию с четкими целями и задачами. Я хочу сказать, будь это и впрямь моментом безумия, тратили бы мы на него столько времени — начали в 83-м, потом 84-й, потом 85-й, потом 86-й, потом 87-й? Нет, товарищи, ни один момент не длится так долго! — сказал Спаситель.