— Уважаемые… вы шо-то путаете, — просипел барыга, пытаясь отодвинуть руку Карася от своего кадыка. — Я честный человек… Примусы починяю… Людям помогаю…
— Не лепи мне горбатого, Гвоздь. — Карасев надавил чуть сильнее, перекрывая кислород. — Нам нужен Яша. Знаем, что ты для него товар по всему городу собирал. Медь, свинец. Генераторы.
Услышав про Яшу, Зяма сильно побледнел. Затрясся мелкой, противной дрожью. Капли липкого холодного пота обильно выступили на лысеющем лбу.
— И вы шо, думаете, Зяма имеет с ним общие дела⁈ — запричитал он. — Я только достал, шо просили! Не губите! У меня мама больная на Пересыпи лежит!
— Мама — это хорошо. Маму мы не бросим. Ты сдохнешь, будем ей паек заносить, — ласково пообещал Мишка. Затем, не убирая руки от Зяминого горла, чуть присел, свободной рукой выудил из-под штанины финку. Так как пришлось сапоги поменять на ботинки, Карась закрепил на голени кожаные ножны. — Адрес Яши давай. Быстро.
Зяма скосил глаза на тусклое лезвие. Его кадык судорожно дернулся, крупная капля пота скатилась по виску, капнув Мишке прямо на запястье.
— Убьет… — взрыднул барыга, пуская пузыри. — Вы не знаете Яшу! Он же чистый вурдалак! Вмиг глотку перережет, если дойдет слушок, шо Зяма его слил заезжим гастролерам. Я живым не уйду!
— Слушай сюда, убогий. — Мишка подался вперед, чуть ли не уткнулся своим носом в Зямин. — Яши твоего тут нет. Он далеко. Пока узнает, пока тебя найдет… Это случится когда-нибудь потом. Может, завтра. Может, никогда. А я — здесь. И перо мое пощекочет твою печень быстрее, чем ты моргнешь. Смекаешь?
Зяма снова затрясся, замотал головой, попытался вырваться. Хрен там. Мишка держал его крепко. Финка капитана острием прижалась к животу барыги.
— Считаю до трех, Гвоздь. Потом выполню обещание. Подохнешь прямо тут, в луже собственной крови. — Карась чуть надавил. — Раз.
Зяма заскулил. В воздухе отчетливо потянуло кислым запахом мочи. Похоже, наш клиент оказался ссыкуном вовсе не в переносном смысле.
— Два.
Острие финки прорвало ткань засаленной рубахи. На животе торговца проступило крохотное, быстро расползающееся красное пятно.
— Малая Арнаутская! — взвизгнул Гвоздь, срываясь на отчаянный бабий фальцет. — Дом пятнадцать! Во дворе флигель зеленый… Там он! В подвале сидит! Только не режьте!
Мишка резко отстранился, брезгливо вытер лезвие о лацкан Зяминого пиджака и спрятал нож под широкую штанину, в закрепленные на голени ножны. Торговец мешком осел на грязную брусчатку, жадно хватая ртом воздух, закрыл лицо дрожащими ладонями.
— Пойдешь кому болтать — из-под земли достану, — пообещал Карась напоследок.