— Из-за одного кретина ставить под угрозу перехват абверовского агента… — тихо пробубнил Мишка за моей спиной. — Пусть отвечает по всей строгости своего любимого устава!

Назаров среагировал мгновенно. Он резко отодвинул меня в сторону, а потом натурально сгреб Карася за грудки. Резкий рывок — и капитан оказался нос к носу с разъяренным майором.

— По строгости устава⁈ — прошипел Сергей Ильич. Он реально был в бешенстве. — Память отшибло⁈ Напомнить тебе, кто ты такой и откуда вылез⁈ Забыл, как Котов лбом дубовые двери начальства прошибал, чтобы тебя, уголовника, в СМЕРШ зачислили⁈ Он за тебя головой своей поручился! В люди вывел, убедил командование, что твой криминальный опыт послужит Родине! А ты теперь готов своего же товарища под расстрельную статью спихнуть, потому что тебе, видите ли, он кажется идиотом и кретином⁈ Светлов — член твоей группы! Ты, как командир, несешь за него ответственность. Ясно⁉ За все его успехи, за все его провалы отвечаешь. Обосрался он — обосрался ты. И никак по-другому.

Мишка сцепил зубы, громко выдохнул носом. Упоминание Котова выбило из него всю злость и раздражение.

— Виноват, товарищ майор, — глухо произнес капитан, глядя Назарову прямо в глаза. — Занесло.

Сергей Ильич разжал пальцы. Педантично, двумя руками разгладил смятую ткань на груди подчиненного.

— Своих мы не бросаем, Карасев, — уже спокойнее, но все так же твердо произнес майор. — Даже если они ведут себя как полные идиоты. Запомни это раз и навсегда. Через денек, говоришь? Нет у Светлова этого «денька». Его пока спасает исключительно то, что он числится за военной контрразведкой. Комендатура банально боится действовать в его отношении без согласования с руководством фронта. Поэтому наш комсомолец сейчас просто сидит на гауптвахте до выяснения обстоятельств. Ждет, пока шестеренки системы провернутся и раздавят его. И еще… Товарищ Ивашутин не просто так велел вам самим разбираться с этой ситуацией. Считай его распоряжение проверкой. Твоей проверкой, Карасев.

Майор сделал шаг назад, оглянулся по сторонам. Все-таки место для подобных разговоров мы выбрали максимально неподходящее. Стояли прямо посреди коридора второго этажа. Хорошо, что в суете на нас никто не обращал внимания.

— Ко мне, быстро, — Назаров кивнул в сторону своего кабинета.

Мы с Карасем, не сговариваясь, рванули вслед за начальником отдела.

Как только дверь за нами закрылась, майор прошел к столу, уселся на рабочее место.

— Комендатура дело на тормозах просто так не спустит, — констатировал я, остановившись напротив. — Избитому интенданту нужно удовлетворение, а товарищу Балдынову — показательная порка зарвавшихся особистов. Нахрапом мы их не прогнем. Товарищ майор, думаю, необходима сделка. Что мы можем им предложить?