И тебя, старая завистница, это откровенно радует.

— Да неужели? — неприятно улыбнулась Беверли прежде, чем я успела высказаться. — С чего ты взяла?

Пруденс выпятила подбородок, сделавшись донельзя похожей на гусыню. Так и хотелось начинить ее рисом с яблоками. Может, тогда наконец прикусит болтливый язык?

— Энтони сам видел их в мэрии, — сказала она, теребя очередную безвкусную брошку. — Конечно, мальчик навел справки…

Проще говоря, умаслил кого надо, и ему позволили заглянуть в регистрационные книги.

— Перестаньте! — потребовала Мэйбл громко. — Все и без того плохо, не усугубляйте.

Надо же, первый дельный совет из ее уст. Этот день следовало занести в анналы… Хотя он и без того там будет. Подобных скандалов Чарльстон не знал с тех самых пор, когда престарелый сенатор Диринг сбежал с певичкой из кабаре.

— Будет еще хуже, — предрекла Мэри мрачно. — Если…

Рэддок выразительно кашлянул и взглядом указал на худого джентльмена в нескольких шагах от нас. Странно, отчего до сих пор мы его не замечали?

— Газетчик! — взвизгнула Пруденс, сделав собственные выводы, и воинственно потрясла ридикюлем.

— Не думаю, — хмыкнул Рэддок. — Скорее мой коллега. Верно?

Худой дернул уголком рта и шагнул к нам. Любопытно, как много он успел услышать?

— Инспектор Харди, — назвался он хриплым прокуренным голосом. — А вы, сэр?

— Старший инспектор Рэддок, — отрекомендовался Эндрю. — Вас вызвали на всякий случай или?..

Строго говоря, вопрос выходил за неписанные рамки. Вдруг Рэддок ломал коллеге всю игру?

— Или, — согласился тот, поморщившись, однако уточнять не стал. — Кстати, будь я и впрямь репортером, вам бы не понравились заголовки в вечерних газетах.

Даже не сомневаюсь.

«Свара в благородном семействе»? «Трагическое венчание»? «Любовь и смерть»?

— Они нам в любом случае не понравятся, инспектор, — произнесла Мэри сухо. — Учитывая обстоятельства…

— Ужасная трагедия, — скорчила постную мину Мэйбл, и у меня зачесались руки подправить ей прическу.

Отца Джонса она считала простоватым, плохо воспитанным и чересчур простодушным, и потому всегда ратовала за его замену.

— Венчание сорвано! — поддакнула Пруденс с превеликим удовольствием.

От инспектора Харди это не укрылось. Он прищурился.

— А вы, стало быть, этой свадьбы не хотели?

— Ну что вы, — закудахтала Пруденс, нервно поправляя шляпку. — Я совсем не…

— Прошу прощения, — перебила Мэйбл холодно, — но это дела семейные.

«Не суйте в них нос!» — вот что она хотела сказать.

Инспектор прищурился.

— Боюсь, — сказал он медленно, — теперь это дело полиции округа Мэйфлауэр.