— Покажись! — приказ вырывается сам собой, и на мгновение, всего на мгновение, перед глазами возникает Антон.

Рёв за спиной — громкий, звериный, похожий на боевой клич — возвращает меня в реальность быстрее, чем я успеваю осознать, что делать.

Я оборачиваюсь и вижу Кирилла. Он сжимает толстую деревянную доску так сильно, что она трещит, ломается пополам. А когда я снова смотрю в окно — там уже никого нет.

Но… но… Там был человек. Человек, который много лет был для меня… другом? Или я всё перепутала? Или я совсем ничего не понимаю?!

Сердце колотится, как безумное, мысли путаются. Я чувствую, как страх и растерянность сковывают меня, но в то же время, где‑то глубоко внутри, пылает гнев. Что я там думала? Не знала куда направить свою ярость?! Я хочу знать правду. Я должна знать правду!

— Кирилл… — начинаю я, но он уже рядом. Его руки обхватывают меня, и от этого прикосновения по телу прокатывается волна тепла, вытесняя холод страха и осознания.

— Тише, — его голос звучит мягко, но в нём чувствуется сталь. — Всё будет хорошо. Я не позволю никому причинить тебе вред. Никому и никогда!

— Ты же знаешь, что со мной происходит. Я должна знать правду, — я смотрю ему в глаза, и голос дрожит, но я не отступаю.

Кирилл колеблется. В его взгляде — борьба. Между желанием защитить меня и необходимостью быть честным.

И я это не просто вижу. Я это чувствую, знаю, а ещё прекрасно слышу, как недовольно рычит на него медведь!

— Тебе бы лучше поесть сейчас, Алёна, – старается говорить спокойно Кирилл и указывает на доску, с которой вошёл в комнату. – Ты ещё не до конца восстановилась после…

– Разделения сил, – перебиваю его и начинаю осознавать, что между нам был не просто секс.

— Так, давай-ка оденемся. Григорий уже заждался, – Кирилл уже не придумывает ничего, а мишка у него под кожей, довольно урчит.

Я киваю, но мысли всё ещё крутятся вокруг увиденного. Антон… или не Антон? Кто стоял за тем окном? И почему я почувствовала такую ненависть, такую жгучую злобу, исходящую от него?

А ещё, почему я всё слышу и знаю, что… Ловлю подбадривающую, даже убаюкивающую волну от Кирилла и резко оборачиваюсь, но он стоит ко мне спиной. И что? Я, выходит сейчас слышу его медведя?

Я бросаю последний взгляд в окно. Там — лишь заснеженный лес, тихий и безмятежный. Но я уже знаю, что это спокойствие обманчиво. Что‑то надвигается.

Натягиваю быстро штаны и подойдя к Кириллу произношу ему в затылок, наслаждаясь тем, как волоски на нём встают дыбом:

– Слушай своего мишку, и не ври мне. А то, что-то я немного злая с утра.