— А если старик откажется? Если заявит в полицию, что это похищение?
— Тогда…
— Он не дышит, — задумчиво сказал Зюйд, стоя над скрюченным телом Клауса.
— В смысле? — удивился Борей.
— Походу, готов аристократик.
Все трое столпились над неподвижным должником.
— Взгляд какой нехороший, — произнес Зюйд, разглядывая лицо Клауса. — Как физиономию-то перекорёжило.
— Закрой ему глаза, — прошептал Фёдор. Ему стало не по себе.
— Судя по остекленевшему взгляду и неестественно вывернутой шее, — задумчиво произнес Борей, — это было последнее столкновение господина Клауса с проблемами.
— Что? Что с хозяином? — запричитал сзади старик.
— Зови Мясника, — тихо сказал Борей Зюйду. — Со слугой тоже знаешь, что делать, нам свидетели не нужны.
Фёдор побледнел и напряженно поглядел на Борея.
— Это я его же получается… Я. Что, теперь…
— Сорока, — прервал его Борей, — пойди на улицу, подыши свежим воздухом, покури. А то заблюешь тут все. Ни с кем ни о чем не разговаривай. Вообще ни слова. Ты понял?
Фёдор покивал.
— Потом спускайся, нужна будет твоя помощь.
— Какая?
— Тела таскать! Соберись, пацан.
* * *
Фёдор помог привязать к ногам кирпичи и перекинуть тела за борт.
— Сорока, — к нему подошел Борей, — как вернемся на берег, едешь домой. Сидишь дома, не отсвечиваешь и даже за продуктами не ходишь. Тише мыши в пекарне.
— Нас с младшим Зюйдом швейцар видел. А может и еще кто. Мы же не планировали вот так…
— Насчет этого не волнуйся. Леонард Владимирович это решит. Просто сиди тихо. Всё понял?
* * *
Фёдор повернулся на другой бок и перелистнул страницу. Медицинский атлас был не слишком увлекательным чтивом, но Фёдора поразили иллюстрации. Он в легком шоке рассматривал рисунки человеческой головы, на которой производили трепанацию. После прочел описание новомодной операции под названием «лоботомия». Долго размышлял, потом захлопнул книгу и отложил ее. С сомнением поглядел на вторую книгу, найденную в квартире. «Краткий очерк истории бань и значение их в гигиеническом и терапевтическом отношениях». Кроме попыток чтения заняться было совершенно нечем. Фёдор несколько раз пытался уснуть, но перед глазами вставало жуткое выражение лица аристократика после столкновения со стеной.
С одной стороны, Борей сказал сидеть дома. Но с другой, на второй день это стало невыносимо. Медицинский атлас и книга про бани ситуацию лишь усугубляли. Фёдор долго и задумчиво глядел в окно на двор-колодец и кусок серого неба. Никого. Только знакомый чёрный автоматон качается на самодельных качелях. Ритмично, однообразно и неумолимо.
— Эй! Робот! — крикнул Фёдор, открыв окно. — Как тебя там… Животное! Эй!