На воду дышу? Может быть. Однако, лучше продумать как можно больше мелочей. На мелочах часто преступники и «палятся». Надеюсь, что в этом времени своих русских «Шерлоков Холмсов» нет. Из того, что мне получилось выяснить, следователей тут нет вообще.

Кстати, вот ещё одно новшество, причём соотносящееся к моему основному роду деятельности. Можно же издать книгу про принципы следственных мероприятий и то, как раскрываются преступления. Уж про это я знаю немало, могу адаптировать и для современности.

*…………*………….*

Петербург

13 декабря 1795 года. 16:20 (Интерлюдия)

— Почему у тебя мокрый парик? — отчитывал лакея Платон Александрович. — Мне противно!

Всесильный фаворит сорвал парик с безмолвного лакея и швырнул в сторону.

— Фи! Что за волосы? — Платон брезгливо скривился. — Одень быстро парик!

Развернувшись и, было дело, ускорившись идти в дом, Платон Александрович резко замедлился. Он посчитал, что брат Николай, может… нет, он должен встречать его даже не на крыльце, а спустившись со ступенек. Это же он, Платон, возвысил всех братьев. Они живут так хорошо из-за того, что он любит императрицу и ею любим.

Николай Александрович вышел на крыльцо и также ждал, когда брат, в последнее время всё более заносчивый, подымится на крыльцо. Старший из братьев, Николай, был мозгом в семействе Зубовых. Это он смог пошатнуть с пьедестала Григория Потёмкина, отвернуть, казалось бы, несокрушимого хозяина Новороссии от императрицы. Николай женился на дочери Александра Васильевича Суворова, звезда которого восходила и затмила военные успехи самого Потёмкина. И брат Платошка должен быть благодарным. Сам-то он натворил бы дел и уже мог оказаться в опале.

Два брата смотрели друг на друга. Платон поедал старшего брата суровым взглядом, а Николай усмехался. Суровость Платона Николаю казалась смешной.

— Ну, проходи уже! Или ждёшь, чтобы ещё твой брат Валериан на одной ноге пришёл оказывать тебе почтение? — сказал Николай.

Вдруг тело Платона резко рвануло вперёд, а голова неестественно дёрнулась назад. Фаворит сделал три шага по инерции вслед за кинетическим ударом и смог остаться на ногах. Платон Александрович недоумённо посмотрел себе на живот, но ничего там не увидел. Пуля вошла сзади и осталась в теле фаворита.

— Что? — выкрикивая, Николай рванул к брату.

Ступеньки были скользкими и Николай Александрович поскользнулся. Двое гвардейцев, сопровождающие Платона Зубова, моментально спрыгнули с коней и побежали именно к Николаю, чтобы помочь ему подняться. Ещё один лейб-кирасир непонимающим взглядом смотрел на дом с другой стороны реки Мойки. Он вроде бы слышал звук выстрела, несмотря на то, что рядом проезжала карета, колёса которой сильно стучали по очищенной от снега мостовой.