Я сидел в кресле и работал за ноутбуком.
— Я же тебе говорил — не звони, — не смог промолчать, — Все равно они делать ничего не будут.
— Не могу я! Они его чуть не убили. Следователь этот еше… Обещал днем позвонить. Так и не позвонил. Я ему дозвонилась с тридцатой попытки. Уже вечером. Да и толку, что дозвонилась… «Олеся Денисовна, Вы же понимаете — доказательств нет. Задержанные в больнице. Следственные действия с ними проводить нельзя.»
Она так натурально передразнила следователя, что я хмыкнул. Сам с ним тоже общался и пришел к выводу, что Каленова он боится гораздо сильнее, чем меня. Убеждать правоохранительные органы этого города, что им бы надо наоборот, мне стало жаль времени и усилий. Поэтому я пошел другим путем.
— Олесь, я же сказал, что сам все улажу. Или ты мне не доверяешь?
Она скептически окидывает мою фигуру загадочным взглядом и отвечает:
— Не знаю, не знаю. Все еще сомневаюсь, заслуживаешь ли ты моего доверия…
Паршивка! Оттащить бы ее в спальню… И начать перевоспитывать. Помимо воли внимание останавливается на ее груди, увеличившейся на размер после родов. Нет больше.
— Куда ты смотришь? — строго интересуется она…
А я сглатываю, вспоминая, как выглядит ее грудь без лифчика. Бело-розовые холмы, увенчанные темно-бордовыми пиками сосков, к которым мои руки тянутся сами собой.
— Влад! — ее голос, только что такой строгий, меняется, растекаясь медом.
Сексуальное возбуждение, заискрившее между нами, безжалостно разбивается детским плачем, раздавшимся из радионяни.
Олеся пожимает плечами и уходит в детскую. Я с сожалением провожаю ее голодными глазами.
Тут же звонит мой телефон.
На дисплее отчетливо высвечивается «майор Крайнов». Ну, наконец-то!
Беру телефон, принимаю вызов и прикладываю его к уху:
— Алло!
— Добрый вечер, Владислав Сергеевич.
— А он добрый, Клим Александрович?
— Добрый, добрый! — хищно тянет собеседник в ответ, — У нас все получилось. Запланированное событие завтра утром. Не забудьте включить телевизор.
Вот ведь! Наследие КГБ. Вроде все сказал, что я хотел знать. А вроде бы не сказал ничего.
— Спокойной ночи! — прощается майор.
— Спокойной! — отвечаю, нажимая на отбой.
Что ж, кто бы как к этому не относился, но сегодня ночью фэшники проведут арест Каленова. И дальнейшее оперативное сопровождение дела будут вести они. Как впрочем, и обеспечивать безопасность свидетелей. Значит, у этого помощника Каленова есть шанс дожить до суда. А у следственного комитета не будет возможности прогнуться под тех, кто возжаждет помочь авторитету. Охрану нужно будет усилить. И уезжать в Москву. И с Матвеем тоже оставить людей.