— Галина Валентиновна, не переживайте — это моя будущая жена — Олеся Денисовна. Олеся Денисовна, не пугайте персонал. Это экономка — Галина Валентиновна. К ней будешь обращаться по любым вопросам. Пока не привыкнешь. И перестанешь чудить.
Отстраняю его от дочери, потому что с одеванием-раздеванием у него не так все радужно, как с зарабатыванием денег.
Осторожно извлекаю дочь из зимней одежки и беру ее на руки.
— А это моя дочь — Есения Владиславовна, — с гордостью сообщает мужчина экономке.
— Нам бы детскую, Владислав Сергеевич. Желательно, нормальных размеров. А не так, чтобы я там «ау» кричала, — вставляю свои «пять копеек».
Галина Валентиновна с умилением смотрит на малышку у меня на руках. И с опаской — на меня.
— Детская готова, — рапортует она, обращаясь к Холодову.
Дочка продолжает мирно спать. Ее все устраивает. Пожалуй, это главное.
Мы идем за экономкой. Попутно я отмечаю, что дом и правда — очень красивый. Но все-таки помпезный. Детская радует меня больше. Здесь все продумано до мелочей с учетом интересов ребенка.
— Если захочешь — можешь переделать, — сразу говорит мне Влад, не давая открыть рта.
— Ладно, разберемся, — милостиво соглашаюсь я, устраивая нашу крошку в кроватке.
— Может, чаем меня угостишь, хозяин заводов, газет, пароходов? Или у тебя все по церемониалу? — предлагаю я, дразня его сама не знаю, зачем.
Пользуясь тем, что шокированная экономка испарилась, а дочку я положила, Влад устраивает свою ладонь на моей ягодице и чувствительно ее сжимает.
— Ой! — вырывается у меня.
Его губы касаются моего уха.
— Не шкодничай! А то — накажу! — горячее дыхание мужчины вместе со словами касаются моей кожи.
Я делаю шаг назад и прижимаюсь к нему.
— Как? — спрашиваю вдруг охрипшим голосом.
— Чай потом попьем. Пойдем я тебе нашу спальню покажу.
Он и показывает. Только я мало что замечаю, тая от его ласк.
После, устроившись на его плече, вспоминаю, что он хотел ехать на работу.
— А ты на работу собирался, — говорю, пересчитывая кубики на его животе пальцами.
— Не поеду уже никуда. Сейчас сам тебе дом покажу, а то мне кажется, что ты или людей до обморока доведешь, или сама сбежишь.
Эта его идея мне нравится. Мне нужно освоиться. В Воронеже казалось, что все будет проще.
— Влад, имей в виду, никакой свадьбы — мы просто распишемся, — говорю строго и молюсь, чтобы он меня услышал.
Перспектива оказаться в такой важный день перед ни одной сотней таких, как Влад, меня не вдохновляет.
Не слышу ответа и это настораживает.
— Олесь, ты чего-то боишься?
Я хочу быть честной.
— Я не выдержу, если ты мне сделаешь больно.